6.1. СОВРЕМЕННЫЕ
РОССИЙСКИЕ "СТАРЫЕ ПРАВЫЕ". ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ
6.1.
Современные российские "старые правые", общие сведения.
Стоит заметить, что выбранный нами термин "старые
правые" ("традиционные правые") может быть подвергнут самой
серьезной и обоснованной критике. Он неакадемичен, не устоялся в
политологической традиции, расплывчат и неопределен. Понять из абстрактных
рассуждений во введении в нашу работу, где конкретно пролегает граница между
"старыми правыми", которых в сложившихся условиях вполне корректно
определить как "правых радикалов", и умеренно-правым,
"право-либеральным" лагерем, точно невозможно. Нами эта проблема не
была упущена из виду; тем не менее, мы решили оперировать именно этим термином,
так как на наш взгляд он вполне подходит для выполнения поставленной перед нами
задачи.
Некоторые доводы, которыми мы
руководствовались при выборе классификации и терминологии, мы привели во
вступлении. Однако стоит добавить несколько слов относительно
"нетрадиционности" и "неакадемичности" термина, который мы
употребляем. Термин "старые правые" практически отсутствует в
исследовательской литературе; однако им активно оперируют отечественные
"новые правые", причем последнее определение стоит в кавычках осознано – к
этой категории относятся и новые правые в узком смысле этого слова, и
национал-социалисты (национал-революционеры), и национал-большевики (т.е. все
движения, рассмотренные нами в первой главе). В сознательном стремлении
"новых" отмежеваться от "старых" проглядывает не только
желание не связывать себя со своими прямыми предшественниками, но и реальные
идеологические разногласия.
Как мы уже указывали выше, нашей задачей
не является мониторинговое описание фактов антисемитских высказываний и
действий. Мы хотели показать, как вытекает антисемитизм из логики общей
идеологии ультра-правых движений, насколько отличаются подходы к
"еврейскому вопросу". С выбранной нами точки зрения крайне важно
дифференцировать различные ультра–правые идеологические парадигмы.
Общие черты того политико-мировоззренческого комплекса, который
мы называем "старым правым", на наш взгляд, нижеследующие. Это ярко
выраженная православная позиция, агрессивное отрицание других конфессий; как
правило, монархизм, если не в форме поддержки какого-то конкретного претендента
на престол, то в форме признания монархии идеальной для России формой правления;
крайняя идеализация дореволюционного строя в России, агрессивное неприятие
революционного пафоса; радикальный антикоммунизм; неприятие Западной культуры
как развращающей, светской, по отношению к России – оккупационной; обращение к
"исконно русской" культуре, "корням"; "старыми
правыми" отрицаются практически все культурные и идеологические идеи,
появившиеся в ХХ веке; как правило, редка апелляция к иностранным идеологам и
авторитетам; с учетом эмигрантских кружков и групп современные
"старые" напрямую непрерывно наследуют дореволюционным консерваторам,
по крайней мере, претендуют на преемственность.
Эта идеологическая парадигма не столь гибкая и вариативная, как
национал-социалистическая, она не приемлет экзистенциальный фактор, выводит за
скобки геополитические и, как правило, экономические процессы. "Новые"
презрительно называют "старых" "махровыми",
"жидоедами". "Их история богата, но богата она исключительно
поражениями"(277), иронично пишет глава Идеологического отдела при
Председателе Национал-большевистской партии Игорь Минин, сам
выходец из "Памяти".
В качестве синонима термина "старые правые" мы также
пользуемся термином "черносотенцы", употребляя его в широком смысле,
включая в эту категорию, естественно, не только московскую Черную
сотню
екатеринбургскую Воробьева, но более широкий круг групп,
придерживающихся сходной идеологии.
Основные идеологические установки черносотенцев были заложены
дореволюционными "протофашистскими" группировками(278); фактор
преемственности крайне важен для современных представителей этого течения.
Нередко и сами группировки, и их издания носят названия аналогичных организаций
и газет начала века, основным авторитетом в глазах черносотенцев обладают
российские авторы конца XIX – начала ХХ вв. Символика "старых правых"
организаций – это (за редким исключением) дореволюционные российские эмблемы –
имперский (бело-злато-черный) триколор, двуглавый орел и/или Георгий
Победоносец, гимн "Боже, царя храни" или "Мы русские и с нами
Бог".
Если принимать в расчет эмигрантские и подпольные группировки,
история черносотенцев действительно была непрерывна. Поэтому из всех
право-радикалов именно это течение оказалось наиболее зрелым и активным на
начальном этапе возникновения в нашей стране многопартийной плюралистичной
системы в 80-х годах. Чрезвычайно широкий общественный резонанс вызвала
деятельность групп, собирательно называемых прессой "общество Память".
Однако в дальнейшем "старые правые" были лишены эксклюзивного права на
правый радикализм рядом более "молодых" идеологических течений и
вытеснены на периферию общественной жизни. Как стиль мышления, пропаганды и
организации "старое правое" течение оказалось неэффективно, даже в
сравнении с "новым правым" радикализмом. В силу причин объективного и
субъективного характера можно констатировать, что пик популярности "старого
правого" течения приходился на 1989-1991 гг., а в настоящий момент оно
переживает кризис.
К объективным причинам кризиса движения
можно отнести то, что относительным успехом православно-монархические
группировки были обязаны деградации коммунистического режима в конце
восьмидесятых. Постоянно публиковавшиеся материалы о зверствах большевиков во
время гражданской войны и последовавших репрессий; "открытие" более
или менее объективной правды об условиях жизни до революции; выход из подполья
религии и всплеск интереса и уважения к ней в обществе; все эти вызывающие ностальгию и симпатию к дореволюционным
политическим реалиям факторы на волне антикоммунистического настроя обусловили
рост влияния "старых правых" группировок. Однако после спада накала
эмоций "антикоммунистической эйфории" интерес к
"костным", "замшелым"
традиционным православно-монархичесим группировкам угас, следовательно,
снизилась их популярность и влияние.
В качестве субъективного фактора, способствовавшего упадку
"старого правого" течения, можно назвать менталитет идеологов и
лидеров этих группировок. Первые не сочли нужным вырабатывать какие-либо новые
парадигмы, предпочитая повторять дореволюционные или, в крайнем случае,
относящиеся к временам "первой эмиграции" мифологемы. Вторые,
привыкнув к полуподпольному существованию, не смогли выработать удачный,
активно-наступательный стиль пропаганды, предпочтя сектанско-маргинальное
существование. Осознав это, наиболее активные и радикальные члены
православно-монархических группировок в начале 90-х вышли из них, образовав
новые группировки, отличающиеся от "старых правых" не только по стилю,
но и по идеологии (как правило – национал-социалистические). Характерным
примером этого процесса может служить история НПФ "Память"
Д.Васильева.
Несмотря на все попытки, ни создать мощного объединения во
всероссийском масштабе, ни "подмять под себя" какой-либо одной
группировкой все остальные у "старых правых" не получилось, что
обусловило их постоянные неудачи при участии в выборах и в активной политической
борьбе вообще.
Однако следует отметить, что, несмотря на упадок "старых
правых" группировок в чистом виде, свойственные этому направлению
мифологемы распространены в обществе относительно широко. Не в последнюю очередь
это вызвано пропагандистскими усилиями современных "старых правых"
интеллектуалов – математика И.Шафаревича, писателей Ю.Власова,
В.Белова и В.Солоухина, критика В.Кожинова и историка
Ю.Бегунова, историков-любителей О.Платонова и В.Острецова,
художника И.Глазунова, скульптора В.Клыкова и многих других.
Определенную социальную нишу заняли и "толстые"
литературно-публицистические журналы, целиком или частично стоящие на
"старых правых" позициях – "Наш современник",
"Молодая гвардия",
"Кубань", и пр. Значительную
популярность в весьма широких слоях населения имел певец и поэт Игорь
Тальков, в своем "социальном" цикле песен строго
придерживающийся православно-антисоветской парадигмы (а после своей трагической
гибели прочно вошедший в "пантеон" черносотенцев). Не последнюю роль в
распространении и пропаганде "старых правых" взглядов играет т.н.
"консервативное крыло" в Церкви и некоторые церковные СМИ.
Четко определить границы "старого правого"
идеологического течения сложно, однако с точки зрения интересующей нас проблемы
это делать и не обязательно. Мы определили своей темой рассмотрение одной грани
различных идеологических систем, находящихся в типологическом родстве; видимо,
не имеет смысла отвлекаться на не имеющие прямого отношения к основному вопросу
проблемы.
Мы обозначили границы идеологического
течения весьма условно. Далее мы выделим те бесспорно "старые правые"
группы, движения и идеологемы, изучению которых мы и посвятим эту
главу.