Первые объединительные инициативы

     
Ноябрь 1991 г. отмечен первым проявлением
центростремительных тенденций в коммунистическом
движении. Толчком послужили временные блоки, созданные во
многих городах для совместного проведения демонстрации 7
ноября. В Москве этот блок, получивший название “Трудовая
Москва”, первоначально включал в себя следующие
организации: “Единство”, Объединенный фронт трудящихся
(ОФТ), Движение коммунистической инициативы (ДКИ),
Движение молодежи “Коммунистическая инициатива”, Союз
рабочих Москвы, “Ленин и отечество”, Совет Марксистской
рабочей партии, Марксистская платформа, Общественный
центр “Россия”. Позднее на основе объединения “Трудовой
Москвы” и подобных ей движений в других городах было
создано массовое движение “Трудовая Россия”, ведущую роль
в котором играла РКРП. Однако уже к 1993 г. “Трудовая
Москва” и “Трудовая Россия” стали конкурирующими
организациями: “Трудовая Россия” находилась под
преимущественным контролем группировки В. Анпилова в
Российской коммунистической рабочей партии (РКРП),
которая тогда была в союзе с группировкой В. Тюлькина
(одержавшей победу над группировкой Р. Косолапова на
съезде в декабре 1992 г. по вопросу о Программе), а в
“Трудовой Москве” влияние различных партий и организаций,
от пропатриотического (во главе с Р. Косолаповым) крыла
РКРП, поддерживающего Фронт национального спасения, до
Марксистской рабочей партии и троцкистов (Комитет за
рабочую демократию и международный социализм принимал
участие в Учредительной конференции “Трудовой Москвы”), в
тот период в какой-то мере уравновешивалось. Причиной
конфликта послужили попытки РКРП поставить объединение в
Москве под свой контроль путем введения способа
комплектования руководства организации делегированием от
районов. Поскольку районную структуру в Москве имела
только РКРП, это привело бы к неизбежному доминированию
ее в руководстве. Конференция “Трудовой Москвы” не
приняла этого предложения. В результате сторонники В.
Анпилова покинули ее и образовали “Трудовую столицу” в
качестве московского отделения “Трудовой России”.

         Хотя “Трудовая Москва” и “Трудовая Россия”
просуществовали дольше других объединений, больше всех
“нашумели” и прошли “боевое крещение” в 1992-1993 гг., в
дальнейшем их роль и влияние стали падать. “Трудовая
Москва” после учредительной конференции “Трудовой
России”, закрепившей в ней влияние анпиловской
группировки, сосредоточилась преимущественно на местных
проблемах. В 1993-1994 г. она пережила еще несколько
расколов, в результате которых превратилась в конгломерат
соперничающих между собой мелких группировок. Над одной
из них захватила власть КПРФ, сумевшая более
квалифицировано, чем Анпилов, провести тот же маневр с
районным делением. КПРФ удалось добиться проведения
районных конференций и сформировать соответствующий
состав городской конференции. “Трудовая Москва”,
контролируемая КПРФ, – единственная из одноименных
организаций, которая еще как-то заметна. Часть делегатов
“Трудовой Москвы” покинула конференцию, принявшую
районное деление по КПРФ (преимущественно члены партий
Роскомсоюза). Еще одна “Трудовая Москва” существовала
одно время под руководством бывшего депутата Моссовета
Сергея Белашова. Ныне обе эти организации практически
исчезли.

         “Трудовая Россия”, игравшая ведущую роль в
столкновениях с властями в 1992-1993 гг., в более
спокойный период после парламентских выборов декабря 1993
г. начала терять влияние. Обострившееся летом-осенью 1996
г. соперничество между группировками В. Тюлькина и В.
Анпилова в РКРП (начало которому было положено еще в 1994
г. после выхода В. Анпилова из заключения) привело к
расколу не только в РКРП, но и в “Трудовой России”. Кроме
того, обе организации, прекрасно владея
митинговопикетной формой борьбы, были практически беспомощны в
других ее формах (парламентская деятельность, ведение
переговоров и т.д.). Именно поэтому генерал Александр
Стерлигов смог воспользоваться результатами пикетирования
Останкино в июне 1992 г., которое осуществляли в основном
коммунисты[16].

         Объединительные тенденции в регионах нередко проявлялись в форме
воссоздания районных и городских организаций КПСС.
Известны случаи практически непрерывной деятельности
территориальных структур КПСС. Широкое распространение
получила также практика создания объединенных организаций
из представителей партий, чье руководство в Москве
непримиримо враждует между собой. Объединение принимало
различные формы: формальное создание объединенных
организаций (например, в Самаре была создана объединенная
парторганизация РКРП и Социалистической партии
трудящихся), двойное и тройное членство (одни и те же
люди и в РКРП, и в РПК, и в СПТ), наличие в составе
организации одной партии организованной группы, связанной
с центральными структурами другой.

         Таким образом, объединительные усилия с самого начала
развивались в двух направлениях: создание блоков и
объединений новых коммунистических партий и организаций и
попытки восстановления КПСС. К осени 1992 г. в
объединительном процессе обострилась борьба за лидерство.

   
     Хотя резолюции “О единстве коммунистического
движения” приняли на своих съездах и конференциях практически все
новообразованные партии, исторически сложилось так, что реальную работу по его
объединению вели в наибольшей степени партии и организации, образовавшиеся на
базе бывшей Марксистской платформы: за воссоздание КПСС выступали Комитет за
единство коммунистов страны, или Всесоюзный комитет коммунистов (ВКК), под
руководством Сергея Скворцова, и Союз коммунистов, а РПК выступала за
постепенное сближение и объединение реально возникших новых коммунистических
партий.