Президентская кампания в Крыму 1994 года

О политиках и кандидатах

(из книги Николая Багрова)

         
О Леониде Граче высказал свои суждения прежде. Не буду
повторяться, но хочу сказать, что на представляю политика, в словах и
действиях которого сильны мотивы реванша. Мы слишком многое теряли
оттого, что постоянно пытаемся рассчитаться с прошлым. Жизнь движется
вперед. Возможно, в чем-то мы больше теряем, чем находим. Но верить в
то, что можно механически повернуть колесо истории, сведя все к
нескольким фигурам, – иллюзия. Жить в мире иллюзий опасно для любого
человека, а для политика – вдвойне.

          По многим позициям мне близок был И.Ермаков. Стремлением
консолидировать людей, найти центристскую позицию, взвешенные подходы
– этим он располагал к себе. Хотя, признаться, мы часто были не во
всем с ним согласны. Мне представляется, что отдельные его шаги были
не вполне последовательны. Наверное, как и все мы, он в чем-то
искренне заблуждался. Понимаю, что не всегда он был свободен поступать
так, как ему хотелось. Но наши отношения всегда были достаточно
открытыми.

          И когда я принял для себя решение включиться в борьбу за пост
президента, счел возможным и нужным поговорить с ним обо всем
начистоту. Иван Федосович не ушел от разговора. Более того,
внимательно выслушал меня. Моя позиция сводилась к тому, что мы, по
сути, исповедуем общие подходы и можем рассчитывать на поддержку одной
и той же части избирателей – людей реально мыслящих. Наше борьба
внесет лишь сумятицу в их представления о нас. Поэтому предложил
объединить усилия.

          Не боюсь, что кто-то расценит этот эпизод как торг. Ни мне, ни
Ивану Федосовичу нечего скрывать. Мы делали то, что должны были делать
серьезные политики, – стремились найти взаимопонимание. Речь шла не о
должностях, а о возможном сотрудничестве в большом деле – становлении
республики. К сожалению, тогда сотрудничества не получилось. Он
сказал, что нужно подумать. Мы отвели на это неделю. Ответа не
последовало. И я понял, что выбор им сделан. Предполагаю, что он
принимал его не один, а в консультациях с соратниками, лидерами
партий, в том числе и Союзом в поддержку Республики Крым (СПРК).

          Знаю о его хороших отношениях с руководителями этой партии –
сначала с Я. Аптером, затем с Сергеем Куницыным. У меня не было с ними
большой дружбы. И тем не менее с большим уважением относился к Я.
Аптеру, который многое сделал для коллектива металлургического завода
им. Войкова, родного города Керчи. Как депутат ВС Украины он буквально
рвался в бой, когда дело касалось Крыма.

          Немалая его заслуга и в том, что был принят Закон “О
разграничении полномочий”, хотя он как-то публично заявил, что мало
верит в то, что закон пройдет, а после расценил этот факт, как чудо.
Очень жаль, что нелепая случайность вырвала Я. Аптера из жизни. При
всех изгибах наших отношений верил – рано или поздно здравомыслящие
люди должны объединиться. В тот момент этого не произошло.

          Сергей Куницын, сменивший Я. Аптера на посту руководителя партии,
также выходил на разговор со мной. Казалось, он с пониманием относился
к тому, что я говорил, поддерживал мою точку зрения. Всегда считал его
одним из прозорливых молодых политиков, но, видимо, и он на какой-то
миг поддался иллюзиям, что партии и политические лидеры могут
появляться и обретать вес по воле нескольких человек. СПРК, еще не
окрепший, впрочем, как и другие партии в Крыму, выступил
самостоятельной силой, поддержал И. Ермакова, чьи шансы я сразу
оценивал не очень высоко. В решающий момент СПРК встала вместе с
несколькими политическими организациями в оппозицию ко мне. Время
рассудило, насколько это было оправдано. Не преувеличивая нынешнюю
роль партий в общественных процессах, искренне сожалел, что
распыляются силы, которые в принципе исповедуют реалистические
подходы.

          О других кандидатах скажу несколько короче. Вовсе не потому, что
им было суждено остаться в роли статистов. Более того, один из них
впоследствии сыграл заглавную партию в хоре могильщиков
республиканской идеи. В. Веркошанский, собственно, и не скрывал, что
включается в борьбу за президентский пост лишь для того, чтобы увидеть
мир большой политики изнутри. Он, по крайней мере, делал все честно,
иногда прямолинейно и очень упрощенно, однако в рамках человеческих
отношений. Его участие в выборах носило безобидный характер.

          А вот Сергеем Шувайников затеял очень опасную игру, взяв на
вооружение национальную идею. О том, как он это делал и насколько
острыми могут быть подобные методы, свидетельствуют итоги первого тура
выборов. Опередив Л. Грача, который опирался на целое поколение людей,
обманутых в своих надеждах, и имея за собой, пожалуй, единственную в
Крыму реальную организацию, С. Шувайников показал, что может быть,
когда в ход идет игра на национальных чувствах. Ведь сам по себе он
был обычным, молодым и фрондирующим журналистом.

          Нигде не реализовав себя, он пришел в сферу политики, где
главным, видимо, считал умение громко и зажигательно говорить, сделать
красивую позу. Беда была еще и в том, что он зачастую лишь озвучивал
чьи-то мысли. Когда встретился с ним на последних теледебатах, куда он
после долгих сомнений и отказов явился в сопровождении толпы
автоматчиков и советников, буквально поразился скудости мысли и
отсутствию каких-либо разумных аргументов. Как заведенный, он повторял
несколько заученных, избитых фраз, сопровождая их ужимками, ухмылками
и театральными жестами. Тогда мне показалось, что уж теперь каждому
ясно, кто перед ним.

          После теледебатов ко мне подошли несколько иностранных
журналистов, которые во множестве приехали наблюдать, что произойдет
на выборах. Они только разводили руками и говорили буквально следующие
слова: “Это просто цирк! Мы не можем поверить, что можно так дурачить
людей. Это находится на гран всеобщего безумия!” К сожалению, разум
многих крымчан оказался тогда затемнен иллюзионистами от политики.

          Говорю об этом только для того, чтобы все еще раз задумались над
таким вопросом: как могло случиться, что общество поверило и пошло за
случайным и безответным человеком? Почему его поддержали люди,
прекрасно знавшие, кто он есть на самом деле?

          Сегодня зачастую можно слышать рассуждения об авантюризме и
гибельности для республики той политики, которую проводили лидеры РДК,
президент и блок “Россия”. В который раз мы демонстрируем наше
исключительное качество – быть умными задним числом.

          Меня поражает фальшь тех, кто в тот момент пел осанну Ю. Мешкову,
С. Цекову, подталкивая крымчан в омут иллюзий, а сегодня берет на себя
роль судей, рассуждая о чистоте политики. Один из авторов подобных
публикаций, Федор Снегирев, например, стыдливо умолчал, что в своих
предвыборных листовках он постеснялся упоминать о том, что является
коммунистом, зато всячески подчеркивал, что выдвинут избирательным
блоком “Россия”, а первым пунктом своей программы определил поддержку
первого президента Республики Крым.