ЛИНДЕРМАН Владимир Ильич (Абель)
Член политсовета Национал-большевистской партии (НБП),
руководитель Национал-большевистской партии в Латвии
Владимир Линдерман родился в 1958 году. Еврей.
Имеет два незаконченных высших образования (3 курса экономического и 2 курса филологического факультетов).
В конце 1980-х годов издавал контр-культурную прессу (журнал “Третья модернизация”).
Сотрудничал с Народным фронтом Латвии (издавал газету “Атмода” и “Балтийское время”), но в начале 90-х отошел от его деятельности.
Издавал также неполитические популярные газеты (например, эротическую газету “Еще”).
В 1998 году сошелся с группой сторонников Национал-большевистской партии в Латвии (НБП в Латвии), фактически являющуюся отделением российской НБП(лидер – Эдуард Лимонов). Стал заместителем руководителя латвийской НБП Константина Михайлюка.
Редактирует партийные газеты НБП “Генеральная линия” (с 1998) и “Трибунал” (с 2000), сейчас в основном только этим и занимается, передав прочие издания другим людям.
В июне 2001 года ездил в Геную принимать участие в выступлениях антиглобалистов.
С конца 2001 года – руководитель Национал-большевистской партии (НБП) в Латвии, председатель Общества “Победа” (зарегистрированная “крыша” НБП в республике).
В январе 2003 г. Линдерман приехал из Риги в Саратов, чтобы принять участие в процессе против лидера НПБ Эдуарда Лимонова . Его показания развалили обвинения против Лимонова. Также Линдерман принял на себя вину Лимонова за написание экстремистской статьи. После выступления Линдермана в суде на его родине, в Латвии, были проведены обыски, в ходе которых были изъяты оружие, взрывчатка и листовки с призывами к свержению существующего строя. В тот же день Линдерман был объявлен латвийской полицией в международный розыск. Попросил политического убежища в России. (Коммесантъ, 30 сентября 2003)
24 сентября 2003 г. Линдерман вышел из штаба Национал-большевистской партии в Москве за газетами и пропал. Член ЦК НБП Сергей Фомченко заявил, что они уверены, что исчезновение Линдермана дело рук ФСБ, которое хочет передать его латвийским властям. На что руководитель ЦОС ФСБ России Николай Игнатченко ответил, что он впервые слышит об его исчезновении. Представитель латвийской полиции заявил, что поиск Линдермана находился в компетенции российских спецслужб, и , что если он появится в Латвии, они его обязательно арестуют. (Коммерсантъ, 30 сентября 2003)
2 октября 2003 г. депутат Госдумы Виктор Алкснис заявил, что Линдерман находится в следственном изоляторе ФСБ в Лефортове. Он также добавил: “Эти сведения мне передали из Латвии. Кто – сказать не могу, чтобы людей не подставлять… Взяли его в Москве по запросу Латвии, которая вела переговоры с российской ФСБ через Генпрокуратуру о выдаче Линдермана”. В пресс-службе ФСБ России заявили, что информацией о местонахождении Линдермана не располагают. (Коммерсантъ, 2 октября 2003)
8 октября 2003 г. в Генеральной прокуратуре России подтвердили, что Линдерман арестован по запросу латвийских властей. “Линдерман помещен в СИЗО. В настоящий момент рассматривается вопрос о его экстрадиции”, – заявил официальный представитель Генпрокуратуры России. (Газета.Ru, 8 октября 2003)
В октября 2003 г. написал письмо руководителю московской ячейки НБП Анатолию Тишину: “Привет, Толя! Пишу тебе из славного СИЗО ФСБ. Иду по стопам Вождя… 24 сентября 2003 года пришел очередной запрос из Латвии, и решением Генпрокуратуры РФ меня арестовали. Вопрос этот в ведении именно прокуратуры. ФСБ занимается бытовыми аспектами моего пребывания в изоляторе. В прокуратуре мой вопрос курирует начальник международного управления Р. А. Адельханян. Оказывается, еще в июле 2003 года МВД РФ отказало мне в статусе беженца. Теперь вопрос экстрадиции меня в Латвию, что называется, дело техники… На второй день ареста написал стихотворение. Если сочтешь нужным, зачитай на очередном собрании в понедельник.
Награда мне будет в мире ином.
Другая Россия – мой истинный дом.
Ее нет на карте, но мне наплевать.
Я хату покинул, ушел воевать.
Не за Родину-мать, но за Родину-дочь –
Светлее чем солнце, безумней чем ночь…” (Коммерсантъ, 9 октября 2003)
13 октября 2003 г. Генпрокуратура России отказала Латвии в выдаче Линдермана. Одновременно прокуратура отменила меру пресечения Линдерману в виде содержания под стражей. (РИА «Новости», 13 октября 2003)
14 октября 2003 г. адвокат Линдермана Сергей Беляк заявил, что намерен заняться вопросом предоставления его подзащитному политического убежища в России или российского гражданства. “Что просить у России – политическое убежище или гражданство – будет решать сам Линдерман”, – сообщил Беляк. (РИА «Новости», 14 октября 2003)
14 октября 2003 г. Линдерман дал интервью корреспонденту газеты “Коммерсантъ”. ( см.)
18 октября 2003 г. МИД Латвии связал освобождение в России из-под ареста Линдермана и отказ выдать его Латвии с кратковременными политическими соображениями, а не принципами деятельности правового государства. “Действия российских властей совершенно непонятны, учитывая то, что в Латвии Линдерман обвинен в серьезном преступлении – призывах к насильственному свержению государственной власти Латвии и изменению ее государственного устройства, а также неразрешенном хранении большого количества взрывчатых веществ”, – заявили агентству BNS в пятницу в пресс-центре МИД Латвии. “МИД Латвии призывает Россию немедленно проинформировать Латвию о решении, принятом по делу о выдаче Линдермана, и его обоснованности”, – отметили в пресс-центре МИД. ( Интерфакс, 18 октября 2003)
21 ноября 2003 г. генеральный прокурор Латвии Янис Майзитис направил России повторную просьбу о выдаче Линдермана. В своем запросе Майзитис заявил, что Линдерман в Латвии не подвергается преследованию по политическим действиям и убеждениям, а преследуется в связи с уголовно наказуемыми деяниями. (Интерфакс, 21 ноября 2003)
2 апреля 2004 г. Линдерман был задержан в Москве сотрудниками милиции на станции метро “Охотный ряд” для проверки документов. Он предъявил справку об освобождении из СИЗО Лефортово. Для установления личности он был доставлен в отдел внутренних дел Красносельский Центрального административного округа, где и был составлен протокол о нарушении им, как иностранным гражданином, правил пребывания на территории России. Затем он был отпущен. (Интерфакс, 3 апреля 2004)
24 августа 2004 г. в интервью российским СМИ Линдерман заявил: “24 августа истекает срок моего легального пребывания в России, и меня могут спокойно отправить по месту жительства в Латвию, где меня ждет арест, поскольку уголовное дело на меня еще в силе”. Представитель Федеральной миграционной службы России сообщил, что Линдерман обладал в России до последнего времени статусом беженца. При этом представитель ФМС не уточнил, в каком статусе лидер НБП находится сейчас, и подавал ли он ходатайство об изменении этого статуса. В этот же день Латвия выразила свою надежду, что российские власти экстрадируют Линдермана. (Интерфакс, 24 августа 2004)
21 июня 2006 г. адвокат Линдермана Дмитрий Аграновский заявил: “Сегодня мой подзащитный был задержан сотрудниками милиции за нарушение паспортного режима, сейчас его отвезли в Люблинский суд Москвы, где будет решен вопрос о его депортации”. (РИА Новости, 21 июня 2006)
Вечером того же дня Кузьминский суд Москвы удовлетворил ходатайство правоохранительных органов и постановил депортировать Линдермана в Латвию.
4 июля 2006 г. Мосгорсуд признал это решение законным.
Абель был подвергнут депортации, однако сумел скрыться из поезда по пути в Ригу и с тех пор находился в Москве фактически на нелегальном положении.
В феврале 2008 г. был задержан и 29 февраля 2008 г. Измайловский суд Москвы вновь принял решение о депортации Абеля в Латвию.
19 марта 2008 г. был депортирован в Латвию и тут же был арестован полицией безопасности.
В апреле 2008 г. российские политики и правозащитники в обращении к президенту, министру внутренних дел и генеральному прокурору Латвии в связи с делом Линдермана призвали честно и справедливо подойти к вынесению решения по делу. Обвинения против него были названы «политически мотивированными и недоказанными». Письмо, в частности, подписали Гарри Каспаров, Владимир Буковский, Эдуард Лимонов, председатель петербургского отделения партии «Яблоко» Максим Резник. (Газета.ру, 8 апреля 2008)
15 апреля 2008 г. Рижский окружной суд принял решение оставить Линдермана под стражей.
3 июля 2008 г. суд Центрального района Риги оправдал Линдермана. “Мы с адвокатом с самого начала заняли наступательную позицию. Главным нашим козырем было не поиск каких-то оправдательных аргументов, а доказательства того, что это обвинение – состряпанная фабрикация. И мы нашли достаточное количество фактов, которые четко об этом свидетельствуют, – заявил после вынесения решения Линдерман. – Думаю, что мы убедили в этом судью. Да и она, в общем-то, проявила себя как человек самостоятельно мыслящий. И аргументы прокуратуры выглядели очень жалко… Я был и остаюсь солдатом партии национал-большевиков”. (Коммерсант, 4 июля 2008)
6 октября 2008 оправдательный приговор был отменен, и Линдерман получил год лишения свободы условно.
26 октября 2008 после поездки в Финляндию Линдерман был задержан на финско-эстонской границе. Ему было объяснено, что в Эстонии он является персоной нон грата. (Газета.ру, 27 октября 2008)
4 февраля 2009 Верховный суд Латвии, рассмотрев жалобу Линдермана, решил направить его уголовное дело для нового рассмотрения апелляционной инстанцией.
Поэт.
Издавал во Франции книги на исторические темы.
Публикуется в изданиях НБП под псевдонимом “Абель”.
Интервью Линдермана газете “Коммерсантъ”
– Владимир, как вы узнали о том, что вас освобождают из “Лефортово”, и какова ваша реакция?
– Еще днем я ничего не знал. Мы с моим адвокатом Сергеем Беляком как раз встречались и прорабатывали стратегию защиты. Вдруг зашел кто-то из администрации СИЗО и сообщил о решении Генпрокуратуры – что меня освобождают. Это был сюрприз для нас. Я в принципе готов был и дальше находиться в стенах “Лефортово”, но, конечно, удовлетворен таким решением. Я рад, что в Генпрокуратуре все же есть разумные люди, чиновники с патриотическим мышлением.
– А вам не кажется, что своим освобождением вы обязаны не прокурорским работникам, а прессе, которая подняла шум вокруг вашей истории?
– Ну, конечно, пошел такой общественный резонанс, и, соответственно, Генпрокуратуре не хотелось попасть в глупое положение. Это и говорит о том, что ее работники все же обладают умом.
– Расскажите, как вас задержали.
– В тот день, 24 сентября, я вышел из нашего штаба за газетами, а потом пошел в аптеку. Вдруг подъехало несколько машин, из которых резво выбежали человек пятнадцать лбов. Эти крепкие мужички надели на меня наручники и затолкали в машину, ничего не сказав. Они были с мобильниками, с переговорными устройствами. Уже по пути они спросили: ну что, ты понял, что мы – ФСБ? Я ответил, что понял.
– А почему вы не воспротивились такому задержанию, не потребовали предъявить документы, бумаги?
– Надо быть выше этого. Впадать в интеллигентскую истерию я не стал. И так стало понятно, что к чему.
– Как вам сиделось в “Лефортово”?
– Да вообще-то нормальные бытовые условия. Первую неделю я сидел один, потом подсадили человека с зоны, его на допрос привезли. Через неделю его увезли, другого посадили. Нормальные отношения у нас сложились, мы отлично уживались. Вот чем я глубоко возмущен, так это тем, что столько времени они скрывали, что я у них в СИЗО. Я в первый же день отказался от показаний, потребовал адвоката. А вообще, если бы в России не было свободной прессы, то неизвестно, что было бы. В таком “санатории”, как “Лефортово”, можно было бы тогда упрятать человека на годы, и никто ничего бы не узнал. Кстати, я там подписался на газету “Коммерсантъ” и журнал “Коммерсантъ-Власть”. Но к октябрьской подписке не успел, они пообещали с ноября доставлять прессу.
– Какие претензии к вам у Латвии?
– Все они высосаны из пальца. Понятно, что я им насолил. Я приехал в Россию, выступил в суде по делу Лимонова, а потом, когда уже у меня был билет домой, мне позвонили и сказали, что в Латвии на меня выписан ордер на арест, прошли обыски у друзей. Якобы нашли какую-то взрывчатку. Я сдал билет и не поехал. Это просто провокация. То, что мне там инкриминируют подготовку покушения на президента страны,– тоже провокация: якобы нашли где-то какие-то листовки, начинающиеся с фразы “Вчера мы убили президента…” Да мы такого вообще не писали и не распространяли.
– Что вы намерены делать дальше?
– Я обдумаю с адвокатом мои дальнейшие шаги. Либо получу российское гражданство, либо политическое убежище в России. Я склоняюсь ко второму варианту.