ВООРУЖЕННЫХ СИЛ РФ (1992-1999)
Общие вопросы
Реформирование ВС РФ в 1992-1995
гг.
Реформирование ВС РФ в 1996-1997
гг.
Реформирование ВС РФ в 1998-1999
гг.
ОБЩИЕ ВОПРОСЫ
Для того чтобы лучше понять истоки сегодняшнего состояния российских ВС и
оценить перспективы их развития, необходимо предпринять краткий экскурс в
историю разработки концепции реформы Вооруженных Сил, проследить ход военного
строительства в России за истекшие годы.
Необходимость тесного взаимодействия с органами высшего
военного управления СССР с целью влияния на принятие решений в области вопросов
обороны и военного строительства была осознана российским политическим
руководством еще в период 1990-1991 гг.
Впервые такой орган взаимодействия с силовыми
ведомствами СССР, в том числе и с союзным Министерством обороны – Госкомитет
РСФСР по общественной безопасности и взаимодействию с МО и КГБ СССР – был создан
в июле 1990 г. в соответствии с принятым в то время Законом РСФСР «О
республиканских министерствах и государственных комитетах РСФСР». В 1991
г. этот Госкомитет претерпел ряд реорганизаций и переименований, в дальнейшем
став основой для создания российских высших органов военного управления.
Провал путча ГКЧП в августе 1991 г. стал
переломным этапом в процессе становления российской государственности. Именно с
этого времени начинается процесс создания целостной, полноценной системы органов
военного управления и национальных Вооруженных Сил новой России.
Уже 23 августа был образован
Государственный комитет РСФСР по оборонным вопросам, имевший прежде всего
координирующие функции. Однако, учитывая явно наметившиеся в тот период
центробежные тенденций в СССР, его по праву можно считать своеобразным
«протоминистерством обороны» России.
События августа 1991 г. существенно ускорили
дезинтеграционные процессы в Советском Союзе и поставили на повестку дня вопрос
о новом государственном устройстве этого многонационального образования.
Несмотря на согласование текста последнего варианта Союзного договора на
заседании Госсовета СССР 14 ноября 1991 г.
8 декабря главы России, Украины и
Белоруссии подписали так называемое «Беловежское соглашение», в
котором заявлялось, что с этого времени СССР «как субъект международного
права и геополитическая реальность прекращает свое существование» . Еще до
этого исторического события российским руководством предпринимались шаги по
усилению своего влияния в армии. Есть сведения, что первые варианты проектов
создания Министерства обороны РФ относятся к концу ноября 1991 г.
решения зависели не только роль и место России в международном сообществе, ее
способность влиять на обстановку в мире как великой державы, но и характер
дальнейшего развития страны: возможные темпы выхода из экономического кризиса,
ослабление и стабилизация социальной напряженности, условия для эффективного
проведения в жизнь широкого комплекса реформ и демократизация общества в целом.
Первоначальная сущность концепции
строительства Вооруженных Сил России сводилась к тому, что страна должна иметь
армию и флот, способные защитить ее суверенитет и территориальную целостность
путем решения двух основных задач: сдерживание агрессоров от развязывания войн,
направленных против России, за счет наличия стратегических ядерных сил,
оснащенных высокоточным оружием и средствами его доставки; нейтрализация военных
конфликтов высокомобильными силами общего назначения.
В соответствии с этой концепцией должна была
развиваться и система военного управления России с учетом необходимого
совершенствования структуры соответствующих государственных органов,
реформирования и переустройства Вооруженных Сил страны в новой внутри- и
внешнеполитической обстановке.
В
споре двух рассматриваемых в то время концепций строительства Министерства
обороны РФ, гражданской и военной, окончательно победила последняя. Основой для
формирования структуры центрального аппарата российского МО и Генштаба послужили
структуры бывшего Министерства обороны СССР, достаточно эффективно решавшие
вопросы управления военным механизмом тоталитарного государства, но совершенно
не приспособленные к эффективной реформаторской деятельности в новых
социально-экономических условиях.
К началу
июня 1992 г. в МО РФ практически была завершена разработка структуры российских
Вооруженных Сил и самого Министерства обороны, определена основа концепции
строительства ВС России.
К концу
1992 г. было завершено формирование штатно-организационной структуры
центрального аппарата российского Министерства обороны и Генерального штаба,
сформированы Вооруженные Силы Российской Федерации, сложилась номенклатурная
иерархия высшего руководства органов военного управления и командного состава ВС
РФ.
Несмотря на многочисленные
заявления высшего военного руководства РФ о сокращении структурных подразделений
МО, к концу 1992 г. система главных и центральных управлений, образованная в
период организации Министерства обороны РФ (май-июнь 1992 г.), увеличилась по
сравнению с советским периодом. В это время увеличение числа структурных
подразделений МО РФ шло за счет повышения статуса или переформирования ранее
существовавших структур союзного министерства и создания новых структур,
призванных решать прежде всего оперативные задачи, вставшие перед российскими ВС
(вывод и размещение войск из-за рубежа, выполнение международных обязательств РФ
в области сокращения обычных и ядерных вооружений, ликвидация и утилизация
химического оружия).
В период 1993-1995 гг. наиболее существенные изменения проводились в штате заместителей
министра обороны РФ, что было связано с необходимостью создания новых должностей
для протеже министра обороны Павла Грачева, а также разногласиями внутри
руководства аппарата МО РФ по вопросам военного строительства, реформирования
армии, критикой рядом военных руководителей методов проведения чеченской
кампании и лично министра обороны.
В
целом система главных и центральных управлений Министерства обороны РФ не
претерпела существенных изменений, однако неуклонно шел количественный рост
структурных подразделений центрального аппарата министерства за счет дробления и
хаотических реорганизаций ранее существовавших структур, передачи в ведение МО
бывших самостоятельных организаций федерального подчинения.
Ухудшение экономической ситуации в стране, коммерциализация военных структур
привели к росту уровня преступности и количества правонарушений в армии,
широкомасштабному распространению коррупции среди высшего военного руководства.
Росло негативное отношение к армии в российском обществе, что привело к падению
престижа воинской службы и обострению проблемы комплектования ВС.
Неэффективность и громоздкость военного
аппарата серьезно затруднили управление войсками. Это особенно ярко показали
события октября 1993 г. Из-за растерянности высшего военного руководства и,
прежде всего, министра обороны, армия не смогла своевременно выполнить
поставленные перед ней задачи. Для ликвидации беспорядков потребовалось личное
вмешательство Верховного Главнокомандующего.
В период 1992-1999 гг. была создана
правовая база функционирования ВС и органов военного управления, принят закон РФ
«О безопасности», федеральный закон РФ «Об обороне»,
законы РФ «О статусе военнослужащих», «О воинской обязанности
и военной службе», «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших
военную службу», «О мобилизационной подготовке и мобилизации в
РФ», «О гражданской обороне» и другие законодательные акты,
целый ряд указов Президента РФ, составившие правовую основу военного
строительства в России.
В 1993 г.
были введены в действие «Основные положения военной доктрины РФ»,
однако до сих пор Россия не имеет полномасштабной военной доктрины, роль которой
отчасти выполняют «Концепция национальной безопасности РФ», принятая
в декабре 1997 г., и «Основы (концепция) государственной политики по
военному строительству России на период до 2005 года», подписанные
президентом 7 августа 1998 г.
Осталась до конца неразработанной целостная система военной безопасности
государства, не был определен орган, который бы осуществлял общее
централизованное планирование и управление, координацию всех сил и средств,
привлекаемых к обороне страны. Межведомственная разобщенность силовых
министерств особенно остро встала в период боевых действий в Чечне и Дагестане.
Резкое
сокращение бюджетного финансирования армии, поставило российские Вооруженные
Силы буквально на грань выживания, крайне негативно отразилось на процессе
реформирования ВС. Преобразования в армии начались без четко разработанной,
законченной концепции военной реформы что, наряду с организационной
неприспособленностью к решению реформаторских задач существующего в РФ
центрального аппарата военного управления, представляющего, по сути,
незначительно измененную копию союзного военного ведомства, экономические
проблемы и отсутствие твердой политической воли высшего государственного
руководства, привели к фактическому провалу объявленной в 1992 г.
«широкомасштабной военной реформы».
За реформы зачастую выдавался набор спонтанных,
хаотических мероприятий по количественному реформированию ВС (сокращение
численности ВС, расформирование воинских частей, выведенных из-за рубежа и
т.п.).
Реальные мероприятия по
структурному реформированию ВС начались только с конца 1997 г., после выхода в
свет президентского указа «О первоочередных мерах по реформированию ВС РФ
и совершенствованию их структуры» от 16 июля 1997 г.
РЕФОРМИРОВАНИЕ ВС РФ в
1992-95 гг.
Россия до последнего момента отстаивала принцип сохранения единых Вооруженных
Сил СНГ. После того, как Украина, Казахстан, Беларусь, Азербайджан, Молдова,
Таджикистан и некоторые другие независимые государства объявили о намерении
создать свои армии, когда встали вопросы о необходимости пролонгации ряда
международных договоров и когда возникла определенная двусмысленность в
положении и статусе Министерства обороны бывшего СССР, и, в последствии, ОВС
СНГ, руководством России было принято решение о создании в короткие сроки
российской армии. Еще 1 апреля Президиум Верховного Совета РСФСР рассмотрел
вопрос “О приоритетах военной политики РФ” и принял ряд принципиальных
решений: значительно активизировать переговоры России государствами-участниками
СНГ и Грузией о статусе ВС бывшего СССР, находящихся на их территории; в сжатые
сроки разработать государственную программу военного строительства в РФ на
период до 1995 г.; проработать вопрос о формировании госкомиссии по созданию
высших органов военного управления, российской армии и флота.
Таким образом, центробежные тенденции в Содружестве,
имевшие место в начале 1992 г., заставили российское руководство фактически
приступить к формированию собственных Вооруженных Сил. Этот процесс начинался в
условиях, когда существовавшая система обеспечения безопасности СССР, достаточно
организованная и хорошо отлаженная, была практически разрушена.
Президентский указ от 7 мая 1992 г. “О создании
Вооруженных Сил РФ” открыл новый, практический этап военного строительства
в России. В этом документа вновь созданному российскому Министерству обороны
поручалось в процессе создания ВС РФ разработать и внести предложения по
созданию основы военной реформы. Впервые в официальном государственном документе
мероприятия, проводимые в военной сфере, были названы именно военной реформой.
Однако, пока речь шла о реформировании армии и флота (т.е. Вооруженных Сил) и,
прежде всего, высших органов их управления – Министерства обороны и Генерального
штаба. Вопросы кардинальной перестройки всей военной системы государства на этом
этапе не подымались.
системы военного управления рассматривались два возможных варианта создания и
функционирования военного ведомства – гражданский, предусматривающий
демилитаризацию МО, превращение его прежде всего в политико-экономический
координирующий орган под руководством гражданского министра обороны (с передачей
всех функций по управлению войсками Генеральному штабу), и традиционно-военный,
копирующий громоздкую систему управления ВС СССР.
вышеназванных концепций военного строительства стали заметны еще в апреле 1992
г., после образования Государственной комиссии по созданию МО РФ, армии и флота
РФ под председательством генерал-полковника Дмитрия Волкогонова. Это было
связано прежде всего с тем, что между различными политическими силами
обострилась борьба за продвижение своих кандидатов на руководящие посты в
создаваемое российское военное ведомство. Особенно активны были генералы из
Главкомата ОВС СНГ, где уже с конца 1991 г. прорабатывалась собственная схема МО
России. Одновременно работа по реализации решений о создании российского МО,
армии и флота РФ велась и в Государственно-правовом управлении (ГПУ) Президента
РФ. В апреле 1992 г. основные положения этой концепции были раскрыты
заместителем руководителя ГПУ, начальником отдела правоохранительных органов,
вопросов безопасности и обороны Александром Котенковым .
заключалась прежде всего в создании «министерства реформы» –
Министерство обороны должно было стать не органом военного управления, а
политико-административным органом, главная функция которого должна была
заключаться в разработке военной политики государства и проведении ее в жизнь.
кадровая политика. По мнению разработчиков проекта, кадровые вопросы армии
должно решать правительство, а не военные органы. По мнению разработчиков
Концепции, МО также должно заниматься вопросами социального обеспечения и
социальной защиты военнослужащих.
разработки новых вооружений и военной техники. Всеми вопросами
военно-технической политики, заказами и закупкой военной техники и вооружений
должно заниматься правительство, а не МО. В проекте предлагалось создать в
системе МО специальное управление, которое определяло бы перспективные образцы
военной техники и вооружений и размещало заказы на предприятиях в России или за
рубежом. Также в структуре МО предусматривались бюджетно-финансовое управление и
управление материально-технического и тылового обеспечения, возглавляемые
гражданскими, а не военными специалистами.
подготовка и поддержание боевой готовности должно было сосредоточиться в
Генеральном штабе. Таким образом, предлагалось разделить функции МО и ГШ. В
плане строительства и развития ВС авторами концепции предлагалось сохранить
Стратегические ядерные силы как фактор обеспечения безопасности страны при
условии их разумного сокращения до расчетного минимума, который обеспечит
нанесение агрессору неприемлемого ущерба.
(Сухопутные войска) должны были бы состоять из небольших по численности
мобильных частей, базирующихся в трех основных районах России, составляя три
военных округа: Западный, Сибирский и Восточный.
профессиональному резерву по образу Национальной гвардии США. На переходный
период в условиях хронической нехватки призывников предлагалось создать
офицерские полки, снижая должностные категории, но оставив прежним денежное
содержание.
военного строительства неизбежно привела бы к утрате военными контроля за
оборонным ведомством и резкому сокращению числа генеральских должностей, что
вряд ли могло устроить высший генералитет Главкомата ОВС СНГ. Отсюда и мощный
прессинг, оказываемый военными на руководство Госкомиссии по созданию МО, армии
и флота РФ. В конечном итоге им удалось убедить руководство страны в том, что
Россия не готова к кардинальному реформированию системы военного управления.
формирования Вооруженных Сил Российской Федерации, основы которой были
подготовлены в ходе работы Государственной комиссии по созданию Министерства
обороны, армии и флота Российской Федерации под руководством генерал-полковника
Д.Волкогонова. Впервые она была изложена министром обороны России П.Грачевым в
июне 1992 г. на военно-научной конференции в Академии ГШ ВС РФ.
включали ряд основополагающих положений.
структуры высших органов военного управления началась в непростых условиях,
которые в основном можно свести к трем основным составляющим:
стратегической обстановки в мире за последние 3-5 лет – окончание
«холодной войны», прекращение противостояния двух мировых систем по
линии Восток – Запад, самороспуск Варшавского Договора, распад СССР и
возрастание роли России в мировом сообществе;
основе части ВС СССР в условиях нарушения целостной структуры управления ВС;
Вооруженные Силы России начали создаваться при отсутствии до конца разработанной
и официально принятой военной доктрины Российской Федерации.
социально-политической и экономической обстановки в России и странах СНГ,
условий формирования Вооруженных Сил российское высшее военное руководство
наряду с защитой страны от открытой внешней агрессии определило следующие задачи
ВС:
территориальной целостности России;
мировым сообществом по поддержанию мира и стабильности, а также недопущение
распространения ядерного оружия и других средств массового поражения;
органами в пресечении попыток совершения террористических актов на стратегически
важных объектах, связанных с ядерным оружием, топливно-энергетическим
комплексом, базовыми отраслями промышленности и системами государственного и
военного управления.
их группировкам и боевому составу делались исходя из того, что в этот период
встала необходимость одновременного решения как минимум четырех основных задач:
1. создание российских Вооруженных Сил;
на национальную территорию;
4. реформирование Вооруженных Сил
Российской Федерации.
ее экономического состояния, а также необходимости поддержания непрерывного
управления войсками, их боеготовности на должном уровне был разработан план поэтапного решения вышеперечисленных
задач.
На первом этапе (в течение 1992 г.)
намечалось:
инвентаризации имеющихся вооружений и военной техники;
статуса российских войск, находящихся за пределами России. Продолжение планового
вывода войск и их обустройство на ее территории;
личного состава, вооружений и военной техники;
строительства и функционирования Вооруженных Сил;
5. восстановление
Уральского и реформирование отдельных военных округов;
6. завершение формирования МО РФ и
системы органов высшего военного управления в целом.
В ходе второго этапа (1993-1994 гг.) намечалось:
1. формирование структуры ВС
РФ. При этом до 1995 г. предполагалось в своей
основе сохранить существующую видовую структуру и систему управления;
мобильных сил как нового оперативно-стратегического объединения в составе
воздушно-десантных войск, морской пехоты, легких соединений Сухопутных войск,
придание им частей ВТА, вертолетов, других необходимых сил и средств переброски,
поддержки и усиления, способных к оперативному совершению маневра и
решению ограниченных задач в любом регионе России. По тогдашним оценкам
экспертов МО РФ, завершение создания мобильных сил станет возможно лишь
после 1995 г.;
современным требованиям, договорным обязательствам России и способных в полном
объеме выполнять поставленные задачи. Первоочередное внимание предполагалось
уделить группировкам стратегических ядерных сил (СЯС), а в них РВСН как самого
надежного фактора сдерживания. Вновь созданные группировки сил общего
назначения, по мнению военных аналитиков, должны быть способны к отражению
агрессии в локальных и региональных войнах и военных конфликтах. В случае
развязывания против России крупномасштабной обычной войны главная задача этих
группировок должна заключаться в обеспечении стратегического развертывания
российских Вооруженных Сил, кроме того, часть войск (сил) мирного
времени предполагалось специально готовить для возможного участия в действиях по поддержанию мира
по решению Совета безопасности ООН, а также
в установленных законом порядке в рамках СНГ. В основе
группировок обычных вооруженных сил предполагалось иметь три основных элемента: войска прикрытия, мобильные силы
и резерв главного командования. При планировании создания новых группировок
намечалось учитывать не только наличие определенных опасных стратегических и
операционных направлений, но и расположение жизненно важных для России
промышленных районов, районов добычи стратегических ресурсов и размещение особо
важных объектов. С учетом данных обстоятельств Министерством обороны и Генеральным
штабом была начата разработка концепции мобильной обороны России;
4. значительное сокращение общего
числа объединений и соединений и доведение их укомплектованности до
полного состава (предполагалось полная ликвидация частей неполного (сокращенного)
состава), и, как следствие этого, повышение уровня и эффективности
боевой подготовки войск;
5.
переход от армейской и дивизионной структуры Сухопутных войск преимущественно
к корпусной и бригадной. В результате намеченных мероприятий к
1995 г. предполагалось увеличить количество корпусов в 1,5 раза,
бригад в 6 раз при одновременном уменьшении количества
дивизий в 3 раза;
6. коренной пересмотр
военно-технической политики, системы заказов и закупок вооружения и военной
техники;
7. переход к смешанной системе комплектования Вооруженных Сил
Российской Федерации: на основе призыва по воинской обязанности и
добровольного поступления на военную службу. Численность Вооруженных Сил
в этот период должна была сократиться на
700 тыс. человек и составить на 1 января
1995 года 2,1 млн. человек.
На третьем этапе (1995-1999 гг.) намечалось:
1. завершение процесса вывода
войск с других территорий и начало реорганизации
видов Вооруженных Сил и родов войск (сил);
2. переход к безокружной системе, создание территориальных командований;
3. завершение создания группировок Вооруженных Сил
и военной инфраструктуры мирного времени;
4. дальнейшее сокращение Вооруженных Сил и
доведение их численности до 1,5 млн. человек .
характер, определяя лишь в самых общих чертах этапы проведения военной реформы и
основные направления реформирования ВС. Не был разработан политический и
финансовый механизм проведения военной реформы, фактически руководство
реформированием ВС было возложено на само Министерство обороны
РФ, унаследовавшее от бывшего МО СССР жесткую военно-бюрократическую структуру, в
силу чего военное ведомство было неспособно к реальной
реформаторской работе. Разработанная в МО РФ концепция военной реформы представляла
собой «внутренний», ведомственный документ, обязывающий военное руководство самостоятельно решать возникающие
проблемы.
С критикой этой концепции военного
строительства в разное время выступали видные военные специалисты, отмечавшие ведомственный,
не скоординированный характер проведения военной реформы, отсутствие официально принятой, цельной,
научно разработанной концепции и программы реформирования ВС
.
Федеральной пограничной службы генерал армии А.И.Николаев в статье
«Военная реформа. Чтобы дело пошло, нужен Совет обороны» , отмечая
вышеперечисленные недостатки концепции военной реформы, указывал на
необходимость пересмотра системы государственного руководства сферой
национальной безопасности. Для этого он предложил создать компетентный
полномочный орган – Совет Обороны РФ, разработать как основу работы СО указ
президента «О военном строительстве РФ». Рабочим органом СО, по
мнению автора, мог бы стать Генеральный штаб. В военное время СО превращался бы в Ставку Верховного
Главнокомандующего – Президента РФ. Николаевым предлагался и другой вариант механизма
проведения реформы ВС – создание Государственного комитета военной
реформы, на который возлагались бы все вопросы, связанные
с реформированием армии. ГШ мог бы участвовать
в работе этого органа посредством прогнозирования характера и
форм вероятной вооруженной борьбы, подготовкой исходных данных для министерств
и ведомств, планов и программ строительства ВС и других
войск.
«Военная реформа в России» И.Н.Родионов (в то время – начальник
Академии Генерального штаба ВС РФ), серьезным отрицательным фактором,
значительно осложнившим проведение конкретных преобразований в армии, явилась
слабая теоретическая проработка существа военной реформы и ее основного
содержания. Существует два
самостоятельных понятия: «военная реформа» и «реформа Вооруженных Сил», которые зачастую отождествляются,
смешиваются. Именно в этой работе (носящей общетеоретический характер)
Родионов дал, по мнению автора, наиболее полное определение терминов «военная
реформа» и «реформа Вооруженных Сил», четко разграничив эти два взаимосвязанные,
но самостоятельные по своей сути понятия .
совокупности государственных мероприятий в области обороны страны в соответствие
с новыми политическими, экономическими и социальными изменениями в обществе.
Организация и осуществление военной реформы является задачей высшего политического руководства
страны: президента, правительства, законодательной власти. Содержание и направленность военной
реформы должны вытекать из существа военной политики
и преследовать главную цель – обеспечение военной безопасности России и ее союзников.
Реформа Вооруженных Сил – составная часть
военной реформы. Она призвана осуществлять такие преобразования в
ВС, которые позволили бы им успешно решать возложенные на
них задачи по обороне страны. Непосредственное проведение реформы
ВС является функцией Министерства обороны при участии в
решении некоторых связанных с этим процессом вопросов представителей
высшего руководства государства.
реформа должна проводиться на основе решений высших органов государственной власти и управления
в соответствии с утвержденными ими планами. Ее проведение не
может являться уделом лишь Министерства обороны.
Однако в реальности военная реформа явно
пробуксовывала, практические результаты военного реформирования оставались,
мягко говоря, весьма скромными. В этой ситуации высшее руководство Министерства
обороны РФ, и прежде всего министр П.Грачев, в условиях фактического
самоустранения высшей государственной власти от руководства проведением военной
реформы, пользуясь отсутствием реального контроля за своей деятельностью, пошло
по пути дезинформации политического руководства и общественности страны по
поводу реальной боеготовности Вооруженных Сил, хода и качества их
реформирования.
Характерной в этом плане является речь
П.Грачева на торжественном собрании в Кремле по случаю годовщины создания
российских ВС 7 мая 1993 г. Тогда Грачев заявил, что несмотря на отсутствие
потенциальных противников российское военное и политическое руководство делает
все возможное для поддержания достаточной боеготовности армии и флота. Высокими
темпами продвигается военная реформа, формируются мобильные силы .
ведомства создавали у высшего руководства страны иллюзию успешного хода
реформирования ВС, высокого уровня их боеготовности и управляемости. Так,
выступая на оперативном сборе руководящего состава ВС РФ 10 июня 1993 г., говоря
о ходе военной реформы, Б.Ельцин отмечал, что «…армия преодолела нижнюю
кризисную точку. Определены основные направления строительства ВС, при активном
участии МО подготовлен и принят ряд законодательных актов по военным вопросам,
разработан проект основ военной доктрины РФ. В основном завершено оперативное
планирование, идет отработка документов стратегического характера. Усилены
группировки войск на наиболее важных направлениях. Одновременно сокращается
штатная численность армии… Сегодня у нас есть все основания сказать, что
Вооруженные Силы свои задачи выполняют, они способны защитить Россию от
посягательств извне, служат гарантом мира и стабильности внутри страны. На
очереди – полноценная, масштабная военная реформа» .
чеченской кампании показали истинную «управляемость и боеготовность»
российских ВС. Совсем в иной тональности была выдержана речь Президента на
совещании с руководством МО РФ 14 ноября 1994 г. Б.Ельцин выступил с жесткой
критикой военного руководства, которая сводилась к следующим обвинениям в адрес
военных: медленно совершенствуется организационно-штатная структура, особенно в
центральном аппарате МО, есть серьезные проблемы с набором на службу по
контракту; МО прилагает недостаточные усилия в формировании положительного
отношения к армии в обществе, из-за чего появляется много необъективной
информации; вызывает серьезную озабоченность состояние дисциплины и высокий
уровень преступности в армии .
реформы в 1992-1995 гг. подвел сам президент, выступая на собрании по случаю дня
защитника Отечества 23 февраля 1995 г.: «Чечня еще раз убедила в том, что
мы опаздываем с военной реформой. Сама жизнь требует реформирования армии, и
1995 год будет серьезным этапом обновления российских Вооруженных Сил».
военной реформы, – заявил Б.Ельцин, – конечно, будет тяжеловато по
финансированию…, но тянуть дальше нельзя – армия начинает понемногу
расшатываться» .
какое-либо серьезное реформирование ВС в период 1992-1995 гг. проведено не было
– государство оказалось не готовым к кардинальному переустройству армии, и,
прежде всего, по экономическим причинам. За реформу зачастую выдавались
объективно необходимые в тех условиях мероприятия: вывод войск из-за границы,
создание новых группировок в местах их новой дислокации, вынужденные сокращения
личного состава, разработка новых оперативных документов, организационно-штатных
структур и т.д. В сущности же решались вопросы сохранения части общесоюзной
военной системы, доставшейся России после распада СССР.
затруднивших процесс реформирования российских Вооруженных Сил, стало их
хроническое недофинансирование при одновременном сокращении военного бюджета
страны. Начиная с 1992 г. объем долгов государства Вооруженным Силам
стремительно увеличивался. Дефицит бюджетного финансирования стал причиной
серьезного ухудшения социально-бытовых условий военнослужащих, и, как следствие
– роста негативных настроений в армейской среде, падения статуса военной службы.
Вынужденные сокращения числа учений и полетов, отключения военных объектов от
источников энергоснабжения, сбои в продовольственном и материальном снабжении
армии, длительные задержки выплаты денежного содержания военнослужащим стали
симптомами нарастающего кризиса в военной сфере. Армия оказалась не
подготовленной к функционированию в условиях становления и развития новой
социально-экономической системы.
конверсии, сворачивание военного производства, хроническое недофинансирование
оборонного заказа, ослабление роли государства в вопросах реализации
военно-технической политики еще более усугубили проблемы национального военного
строительства.
военного бюджета такого масштаба в мировой практике имели место только после
завершения больших войн, когда проводилась массовая демобилизация армии. Однако
и в этом случае сокращение проводилось достаточно плавно, т.к. реинтеграция
большого числа военнослужащих в мирную жизнь является весьма дорогостоящим
мероприятием.
отрицательно отразились и на вопросах сокращения численности военнослужащих,
привели к серьезным трудностям с комплектованием армии. В силу вышеперечисленных
причин, со времени принятия Концепции строительства и реформирования Вооруженных
Сил РФ ни одно из ее положений не было реализовано в полном объеме за
исключением задач первого (1992 г.) этапа.
рамках военной реформы, проведенных в 1992-1995 гг., в результате которых были
достигнуты какие-либо реальные результаты, можно назвать начало формирования
российских сил быстрого развертывания (мобильных сил) и набор военнослужащих по
контракту. Предпринимались также робкие попытки начать реорганизацию
Генерального штаба ВС РФ и приступить к реформированию военно-окружной системы
России с целью перехода к системе территориальных командований (о реформе
окружной системы см. раздел «Сухопутные войска РФ» главы «Виды
ВС РФ»).
мобильных сил (МС) была определена еще летом 1992 г. в Концепции строительства и
реформирования Вооруженных Сил РФ. В ноябре 1992 г. было официально объявлено о
формировании МС РФ как межвидового объединения, а в последующем –
самостоятельного вида ВС. Базой для основных структур МС были определены
внутренние военные округа – ПривВО и УрВО. Российские МС предполагалось создать
на основе ВДВ и общевойсковых соединений. Но разработчиков этой программы
«увлекла« гигантомания, желание взять под контроль нового
объединения как можно больше соединений и частей, и главное – практически
отсутствовала необходимая экономическая проработка принимаемого решения.
частей ВДВ, еще и такие громоздкие войсковые формирования, совершенно не
рассчитанные для переброски по воздуху, как 3 армейских корпуса, мотострелковую
и танковую дивизию, 6 мотострелковых бригад, 3 зенитно-ракетные бригады, 10
бригад связи, 5 ракетно-артиллерийских бригад и целый ряд других маломобильных
соединений и частей.
боеспособных частей МС на основе ВДВ начались с осени 1993 г. В октябре-ноябре в
подчинение командования ВДВ была передана 27-я отдельная мотострелковая бригада
(ранее бывшая в составе войск Министерства безопасности РФ, личный состав мсб
имел специальную подготовку для ведения уличных боев, подавления массовых
беспорядков и антитеррористических операций) и 167-й вертолетный отряд. Также в
соответствии с этим планом батальон специального назначения ВДВ был расширен до
полка специального назначения с сокращенными сроками боевой готовности .
создании российских сил быстрого развертывания . Общее состояние дел с МС к
этому моменту ярко охарактеризовал в одном из своих интервью генерал-лейтенант
Александр Лебедь (в то время – командующий 14-й армией в Приднестровье):
«В ноябре 1994 г. я сидел на большом генеральском «хурале» ,
на котором президент объявил: мол, поздравляю вас, уважаемые товарищи, в России
есть мобильные силы. Сухопутные войска поделены на определенные округа. В каждом
из них руководят определенные генералы. Они подчиняются главкому Сухопутных
войск. Мы приехали с этого большого «хурала» к себе в штаб
Сухопутных войск, главком всех собрал и спрашивает: у кого есть мобильные силы?
Все стали лупить глаза друг на друга. У тебя есть? Нету. А у тебя? Нету. Так,
понятно. Давайте позвоним Подколзину (в то время – командующий ВДВ РФ, – Авт.).
Звонит: Евгений Николаевич, «мобильные силы» – это ты? Мне этим
указом, – говорит Подколзин, – предписано стать основой мобильных сил. Но мне
больше никто и ничего не говорил» .
привела к ее фактической дискредитации – к полномасштабному осуществлению
замысла так и не приступили .
“О наборе в 1994 году граждан на военную службу по контракту в Вооруженные
Силы Российской Федерации” , в соответствии с которым предписывалось
принять на военную службу по остродефицитным специальностям, определяющим
боеготовность Вооруженных Сил РФ, до 150 тыс. человек .
по контракту проходили свыше 260 тыс. человек. 40% контрактников – моложе 25
лет, 50% – в возрасте 25-30 лет, женатых – 60%, с высшим образованием – 7%. В
ВВС, ВМФ и РВСН доля военнослужащих-контрактников достигла 30%. Лидировали в
этой области Северный флот, Каспийская флотилия, Дальневосточный военный округ.
поднимался еще в начале 1992 г. в ходе обсуждения Концепции строительства
российского военного ведомства. После создания МО РФ этот вопрос как бы потерял
актуальность, поэтому сенсацией стало прозвучавшее 11 января 1995 г. заявление
спикера Совета Федерации Владимир Шумейко о том, что “президент, премьер и
спикеры палат Федерального Собрания решили вывести Генштаб ВС РФ из Министерства
обороны и подчинить его Верховному Главнокомандующему. Генеральному штабу будет
поручена реорганизация армии, а Министерство обороны должно будет заняться
повышением боеспособности войск”.
Колесников был в полном недоумении. По его словам, с ним этот вопрос никак не
обсуждался, и, по его мнению, уточнение функций ГШ должно быть результатом
“тщательной и взвешенной работы”, а не какого-то скоропалительного
приговора, пусть и высших лиц государства.
начали прорабатываться в правительственных кругах начиная с конца 1992 г.
Впрочем, принимая во внимание келейный характер принятия решений российским
политическим руководством, нельзя исключить, что давая поручение своим
аналитическим службам и аппарату Советы безопасности, Б.Ельцин не поставил в
известность сам объект возможной реорганизации.
поддержали некоторые авторитетные военные руководители. Так, генерал армии
Владимир Семенов (в то время – главком СВ) высказывал мнение, что ГШ должен
сосредоточиться на вопросах боеготовности, а на время военных действий брать на
себя координацию действий ФСК, МВД и ВС. За министром обороны, по его мнению,
следовало бы оставить политические вопросы, проблемы военного бюджета и иные
концептуальные вопросы, такие как, например, закупка вооружений для армии. В
случае проведения подобной реорганизации МО, и соответственно, министр обороны,
неизбежно утрачивали главенствующую роль в системе органов военного управления
РФ. К тому же, вставал вопрос о дальнейшей судьбе лично П.Грачева – сможет ли он
выполнять новые, незнакомые ему функции, устроит ли его менее престижная и
влиятельная должность?
большинство высшего генералитета центрального аппарата МО, предприняла попытку
опровергнуть необходимость готовящейся реорганизации и в очередной раз оказать
давление на высшее политическое руководство страны. Главным доводом военных
являлось то, что согласно Ст.13 Закона РФ «Об обороне» Генеральный
штаб является де-юре составной частью МО, в рамках которого и реализует свою
главную функцию – оперативно-стратегическое руководство ВС. Эта функция
традиционно осуществляется Генштабом в тесном единстве с
политико-административной функцией МО. Такое единство достигается строгой
централизацией управления, последовательным соблюдением принципа единоначалия. В
соответствии с этим принципом начальник ГШ является первым заместителем министра
обороны по должности. В процессе повседневной деятельности ГШ выполняет
значительное число взаимосвязанных функций, многие из которых имеют
общегосударственную значимость, но в то же время тесно связаны с деятельностью
МО.
и ГШ выполняют задачи по руководству ВС в тесном взаимодействии. Вывод:
реорганизация военного ведомства нецелесообразна, т.к. разрыв сложившейся
системы управления ВС приведет к дезорганизации руководства войсками, что
недопустимо в условиях ведения боевых действий в Чечне. Военным и на этот раз
удалось отстоять свои интересы и затормозить перемены в системе центральных
органов военного управления РФ.
пресс-секретаря президента, в котором уточнялось, что вопрос о ГШ поднимался
лишь как часть общего обмена мнениями в связи с поручением Президента премьеру и
секретарю СБ о проработке основных направлений военной реформы в России. Было
заявлено, что “никаких конкретных решений по военной реформе, в том числе и
по Генеральному штабу, в ходе встречи не обсуждалось и не принималось” .
штаба продолжалась и в последующие годы, однако с нулевым практическим
результатом.
РЕФОРМИРОВАНИЕ ВС РФ в 1996-97
гг.
Из задач по реформированию ВС,
поставленных на период до 1996 г., ни одна не была выполнена в полном объеме. По
своим качественным параметрам (не говоря уже о количественных) российская армия
значительно уступала ВС СССР и реально не могла выполнять свои функции по
обеспечению государственных интересов даже при решении внутрироссийских проблем.
При этом высшее политическое
руководство страны, и прежде всего президент Б.Ельцин, фактически
самоустранилось от реального руководства военным строительством. Исходя из
пассивной позиции кремлевского лидера, военные чиновники Минобороны и Генштаба,
главкоматов видов ВС практически и не пытались заняться серьезной,
профессиональной разработкой конкретных предложений по реформированию армии.
Президента и правительство вполне устраивали бодрые рапорты «лучшего
министра обороны» о грандиозных успехах на ниве военного реформаторства.
Истинными достижениями Грачева на
посту министра обороны стали лишь безмерное раздувание штатов МО за счет
создания новых должностей для своих однокашников и родственников, да чудовищный
рост коррупции в среде российского генералитета. Все эти «успехи»
Павла Сергеевича и его патрона обернулись кровью и позором чеченской кампании.
Справедливости ради необходимо
отметить и объективные факторы, существенно осложнившие процесс военного
строительства. Прежде всего это многократное сокращение финансирования ВС, о
котором уже говорилось выше. Второй – комплекс трудновыполнимых и дорогостоящих
международных обязательств, унаследованные Россией от прежнего государственного
руководства СССР. Решения о масштабном выводе войск из стран Центральной и
Восточной Европы, уничтожении химического и ядерного оружия принимались исходя
из внешнеполитической конъюнктуры того времени без соответствующей
организационно-технической проработки.
Нужно также учитывать и то обстоятельство, что
руководство МО РФ было вынуждено решать не свойственные ему политические по
своей сути задачи, некоторые из которых все же были выполнены. Так, удалось
сохранить хотя бы частичную управляемость ВС, предотвратить политизацию армии и
не допустить широкомасштабных акций протеста среди военных, связанных с
неуклонным ухудшением их материального положения.
П .Грачев активно противодействовал
созданию альтернативных вооруженных формирований (например Национальной
гвардии), призванных отчасти подменить собой армию. Главным же достижением
«эпохи Грачева» можно считать сохранение высокой боеспособности
Стратегических ядерных сил как последнего аргумента России в отстаивании ею статуса мировой
державы. Однако в целом задача по реформированию ВС была выполнена
крайне неудовлетворительно.
Прозрение по поводу реального положения дел в армии пришло к президенту лишь к
весне 1996 г. Стало ясно, что военная составляющая государственного механизма
России уже не просто «понемногу расшатывается», а стремительно
деградирует, грозя выйти из-под контроля Верховного Главнокомандующего. К тому
же на лето были назначены президентские выборы, а Борис Николаевич отнюдь не
собирался расставаться со своим уже насиженным креслом.
К тому времени общественная критика военной политики
государства достигла своего наивысшего накала, и для повышения предвыборного
рейтинга Ельцин отваживается на решительный шаг – 16 мая 1996 г. увидел свет
«эпохальный» Указ Президента РФ № 722 «О переходе к
комплектованию должностей рядового и сержантского состава Вооруженных Сил и
других войск Российской Федерации на профессиональной основе» ,
одновременно президент начал активную пропагандистскую обработку людей в
погонах
В соответствии с
Указом № 722 предполагалось «перевести с весны 2000 г. ВС и другие войска
РФ на комплектование должностей рядового и сержантского состава на основе
добровольного приема граждан на военную службу по контракту с отменой призыва на
военную службу, завершив к 2000 г. отработку порядка поступления граждан РФ на
военную службу по контракту». Предполагалось, что к 2000 г. соотношение
контрактников и призывников составит 50:50.
Правда, проект указа разрабатывался администрацией
президента без участия специалистов Генштаба и не учитывал некоторые
«малозначительные» моменты. Например, неизбежно возникающую при
изменении системы комплектования проблему подготовки мобилизационных резервов.
Более того, единовременный переход к контрактной системе комплектования
потребовал бы выделения из бюджета 7-10 млрд. долл., что было совершенно
нереально .
Однако сам факт
появления подобного указа был положительно воспринят в обществе – по опросам
общественного мнения, 56% населения одобрило принятие указа, против были лишь
11%. Что касается военных, то их точку зрения четко выразил министр Грачев. По
своему обыкновению «взяв под козырек», Павел Сергеевич заявил:
«С выходом данных указов Министерство обороны приступило к работе над тем,
как лучше и эффективнее их выполнить. Никаких обсуждений и тем более сомнений в
их необходимости не было и не будет. Мы, военные, не обсуждаем приказы, а
выполняем их». Но выполнить приказ главковерха Грачеву не удалось – 17
июня 1996 г. он был снят с поста министра обороны.
В условиях набирающей обороты предвыборной гонки
президенту не оставалось ничего иного, как проявить, хотя бы внешне,
решительность и твердость в решении армейских проблем.
18 июля 1996 г. на выездном заседании Коллегии МО РФ в
подмосковном санатории «Барвиха», представляя назначенного днем
ранее нового министра обороны Игоря Родионова, Б.Ельцин продемонстрировал
некоторое представление о истинном положении дел в Вооруженных Силах. Отметив
тот факт, что «в строительстве Вооруженных Сил РФ не все складывается
благополучно», и указав на имеющиеся недостатки, президент жестко заявил
присутствующим военачальникам: «В армии должен быть наведен элементарный
порядок! … Глубоко убежден, что решить все эти проблемы невозможно отдельными
частными мерами. Нужна глубокая военная реформа. Военная реформа – это
государственная задача, а не дело лишь одного военного ведомства. Именно поэтому
принял решение образовать Совет обороны . Он должен стать органом реализации
стратегических решений Совета безопасности в вопросах оборонной безопасности и
контроля за ходом военного строительства».
Казалось бы, теперь дело военной реформы сдвинется с
мертвой точки – назначен новый министр обороны, принято принципиальное решение о
создании специального органа, призванного непосредственно заниматься вопросами
реформирования армии и военного строительства, президент обещал всестороннюю
поддержку военным в преодолении кризиса в Вооруженных Силах. Однако, выдержав
свою знаменитую паузу, президент провозгласил, что «главная цель военной
реформы – создание к 2000 году профессиональной армии в соответствии с моим
указом» .
Эта явно оторванная
от реальной почвы директива Верховного Главнокомандующего имела в дальнейшем
очень серьезные последствия и, по мнению автора, стала одним из основных
катализаторов противостояния министра обороны с руководством Совета обороны,
прежде всего с его секретарем Юрием Батуриным, за лидерство в определении путей
военной реформы и реформы ВС
.
На
первом заседании Совета обороны, прошедшим 4 октября 1996 г. под
председательством премьер-министра Виктора Черномырдина (президент, являвшийся
председателем СО, в это время “работал с документами”) были
сформулированы общие предложения по реорганизации ВС.
В целом, предложения Совета обороны сводились к
приведению состава, структуры и численности ВС в соответствие с реальной
военно-политической обстановкой и экономическими возможностями государства,
созданию небольших по численности, хорошо оснащенных профессиональных ВС,
полностью обеспеченных финансовыми и материально-техническими ресурсами. Также
СО принял решение об упорядочении структуры всей системы военной организации
страны, сокращении управленческих структур, расформировании не боеготовых частей
и подразделений.
В области
непосредственного проведения реформы армии и флота предлагалось создать в
Сухопутных войсках боеспособное ядро из 10-12 полностью укомплектованных
мотострелковых и танковых дивизий и 2-3 воздушно-десантных бригад (Командование
мобильных сил). 10-15 дивизий сокращенного состава (укомплектованность – 30%)
должны обеспечить подготовку мобилизационного резерва (Командование подготовки
резервов). Остальные соединения после инвентаризации переводятся на штат баз
хранения вооружения и техники со своей структурой управления центрального
подчинения (Командование баз хранения). Было отмечено. что в дополнение к этой
группировке необходимо иметь 3-5 армейских комплектов сил и средств (из них
развернутых – 2) и 2-3 фронтовых (из них развернутых -1). Из управленческих
структур (с расчетом боевой устойчивости и сохранения звеньев системы
управления) – корпусных – 4-5, армейских – 3-4, фронтовых – 2-3.
В ВМФ намечалось максимально сохранить
боевые единицы от преждевременного износа путем их перевода в резерв с
последующей консервацией. В структурном отношении предполагалось оставить в
составе каждого из четырех флотов по одной активно действующей эскадре
(флотилии) разнородных сил, основные же средства направить на консервацию.
Морские стратегические ядерные силы планировалось сохранить в прежнем составе,
но действующими с меньшей интенсивностью.
В ВВС основные усилия предлагалось направить на
сохранение летного состава как в физическом, так и в профессиональном плане.
Намечалось довести средний ежегодный налет до 100 часов, для чего планировалось
провести переформирование строевых частей и соединений. Новые образцы
авиационной техники преимущественно должны были быть переведены на консервацию,
устаревшие – отправлены на продажу или списание.
Войска ПВО и РВСН на переходный период в 3-5 лет
предлагалось сохранить в прежней структуре .
По сути, предложения СО предусматривали решение
большинства задач, выполнение которых в соответствии с Концепцией военного
строительства, принятой почти пять лет назад, было намечено еще на начало 1996
г. (оптимизация структуры и системы управления ВС, создание Мобильных сил,
сокращение личного состава и расформирование небоеспособных частей и
соединений).
Тем не менее, несмотря
на противоречивость и невразумительность взглядов Кремля по вопросам военного
строительства, с конца ноября работа в этой области была переведена в
практическую плоскость. 25 ноября 1996 г. Б.Ельцин подписал указ «О мерах
по обеспечению военного строительства в Российской Федерации» . В указе
отмечалось, что решение задач в области военного строительства осуществляется
крайне медленно. Было намечено уточнить приоритеты военного строительства в РФ,
а также задачи ВС РФ и других войск и воинских формирований. Перед Советом
обороны ставилась задача до 1 января 1997 г. разработать «Концепцию
военного строительства в РФ до 2005 года».
Разработка проекта Концепции одновременно велась
группами в аппарате Совета обороны и в Минобороны РФ. В результате к концу
декабря на рассмотрение президенту и правительству были представлены два
диаметрально противоположных по своей сути проекта Концепции военного
строительства. С альтернативными вариантами выступили представители военной
науки, общественных организаций (например, Движение в поддержку армии (ДПА) Льва
Рохлина), руководство аппарата Комитета по обороне Госдумы РФ (проект Анатолия
Новикова) .
Однако основные
противоречия по проблеме строительства национальной обороны сфокусировались
именно в проектах, предложенных СО и МО РФ. Принципиальные расхождения касались
вопросов определения источников угроз для России, разграничения функций МО и ГШ
ВС РФ , сокращения личного состава ВС до уровня 1,2 млн. человек, проблем
финансирования военной реформы, поиска альтернативных финансовых источников и
способов привлечения средств для ее проведения.
Эксперты из обеих групп признавали, что для успешного
начала военной реформы необходимо четкое определение концепции национальной
безопасности, ее основных доктринальных положений. Однако среди специалистов
возникли серьезные разногласия при оценке военных угроз российскому государству
в современной геополитической обстановке.
Представители аппарата СО полагали, что в настоящее
время для России отсутствует угроза широкомасштабной внешней агрессии. Исходя из
этого положения следует перестроить структуру российских ВС и пересмотреть их
задачи.
Генералы из Минобороны и
Генштаба стояли на совершенно противоположных позициях. Квинтэссенцией взглядов
высшего генералитета по этому вопросу могут служить ряд заявления самого главы
военного ведомства Игоря Родионова .
Так, выступая 25 декабря 1996 г. на международной научно-практической
конференции «Развитие стратегического партнерства и военно-политической
интеграции государств – участников СНГ», видимо, желая поспособствовать
ускорению этой самой военно-политической интеграции бывших братьев по Союзу,
российский министр обороны доверительно сообщил собравшимся, что все пост
советское пространство буквально с момента своего образования пребывает в
окружении потенциальных агрессоров. Среди наиболее недружелюбно настроенных
государств он назвал Турцию, Иран, Пакистан, Японию и Китай (являющийся, кстати
говоря, ведущим партнером России в области военно-технического сотрудничества).
К самым серьезным угрозам для стран СНГ Родионов отнес расширение блока НАТО и
резкое усиление геополитического влияния Соединенных Штатов .
16 января 1997 г. на своей пресс-конференции Родионов,
заочно обращаясь к «пиджакам» из Совета обороны, заявил:
«Сегодня модно говорить об отсутствии военных угроз для России. В
реальной, реалистической, ответственной политике стремление выдать желаемое за
действительное чревато крахом, национальной катастрофой» .
Таким образом, министр обороны по
существу начал активные боевые действия против секретаря Совета обороны Юрия
Батурина, на которого был возложен непосредственный контроль за исполнением
президентского указа «О мерах по обеспечению военного строительства в
РФ» .
Апофеозом откровений
министра можно считать его речь перед журналистами накануне 23 февраля 1997 г.
Именно тогда Родионов поведал представителям прессы, что, по его мнению, главным
сдерживающим фактором любой агрессии являются не Стратегические ядерные силы, не
горы высокоточного оружия, а высокое оборонное самосознание народа. «Тогда
любого агрессора мы перебьем просто палками!», – уверенно заявил министр .
Взгляды министра и его команды (в
основном представленной выходцами из таких консервативных структур, как Академия
ГШ ВС РФ и Штаб по координации военного сотрудничества государств – участников
СНГ) на вопросы обеспечения обороны государства нашли свое отражение и в других
основных положениях Концепции военной реформы, представленной военным
ведомством.
реформирование ВС можно начать лишь при условии скорейшего выделения на эти цели
значительных финансовых средств, составляющих до 15% ВВП, что означало бы
направление в военную сферу всех свободных ресурсов страны. При
этом сокращение армии и флота до 1,2 млн. человек объявлялось
преждевременным, т.к. исходя из факта враждебного окружения России нужна армия,
способная вести «активную оборону» на всех направлениях.
проблема финансового обеспечения военной реформы стала яблоком раздора между МО
и СО РФ. Государство могло реально выделить на нужды обороны не более 50% от
суммы, запрашиваемой военными. При сохранении прежней численности ВС денег едва
хватило бы на нищенское содержание военнослужащих, ни о каких закупках новой
техники и вооружений и даже о поддержании в боеспособном состоянии уже имеющихся
средств не могло быть и речи. В результате Россия, сохраняя
армию, окончательно потеряла бы обороноспособность. Затратная, оторванная от реальных экономических и финансовых
возможностей государства Концепция военной реформы, разработанная Министерством обороны и
Генштабом, заведомо была обречена на провал .
члены Совета обороны, получив негласное одобрение президента, выступали за немедленное начало военной реформы,
исходя из фактически имеющихся бюджетных ресурсов. Аппарат СО на основе интегрирования предложений по военному строительству в
РФ, поступивших от различных организаций, учреждений и граждан, разработал схему
реформирования ВС и других войск на период до 2005
г. Этот проект в дальнейшем и стал основой для
проведения комплекса мероприятий по перестройке военной системы России.
Согласно проекту СО, военную реформу предполагалось провести в
два этапа, в рамках единого, скоординированного в масштабе
государства процесса военного строительства как комплекса военных, экономических, социальных, политических и
других мероприятий, имея конечной целью приведение в соответствие боевых
возможностей ВС и других войск как существующим, так и потенциальным
угрозам и вызовам безопасности России и ее союзников, так и
экономическим возможностям страны.
Соответственно по этапам
и основным направлениям реформирования были определены конкретные задачи.
гг.). Учитывая ограниченные экономические возможности государства в этот период
основные усилия направить на оптимизацию существующей структуры органов военного управления, объединений,
соединений. частей и учреждений видов и родов ВС и других войск, сокращения
их состава и численности за счет комплексирования задач, решаемых в области обороны и
военной безопасности России и ее союзников. Одновременно создать целостную
систему управления всеми вооруженными формированиями в стране с
единым планированием подготовки и ведения военных действий Вооруженными силами
и другими войсками.
прогнозных оценок развития экономики государства предусмотреть проведение
глубоких структурных изменений в ВС и других войсках, переведя их полностью на комплектование только военнослужащими,
проходящими военную службу по контракту, с созданием системы подготовки военнообученных резервистов. В
этот период завершить формирование единой системы подготовки военных кадров
и комплектования ими ВС и других войск, а также
реорганизации военно-промышленного комплекса, обеспечив выпуск в потребном количестве современных
вооружений и военной техники (ВВТ) для нужд обороны
РФ и ее союзников.
осуществить за счет объединения (интеграции) родственных по решаемым задачам,
вооружению и способам боевого применения видов и родов войск с сокращением
прежде всего органов управления. Предусмотреть создание ракетно-космических
войск на базе объединения РВСН, ВКС, войск РКО, а также Войск воздушной обороны
путем объединения ВВС и ПВО. При этом, в интересах эффективности применения
сокращаемых сил и средств стратегического назначения, создать в структуре Генерального штаба ВС РФ Оперативное командование
стратегических сил (при сохранении административного управления за главкомами
соответствующих видов ВС). Для управления в
комплексе всеми составляющими стратегических сил создается единая система боевого
управления.
военно-административного деления территории РФ как на мирное, так и на военное
время (единая система военных округов, округов внутренних войск, округов
пограничных войск), приведение планов оперативной, боевой и мобилизационной подготовки
всех воинских формирований, их стратегического развертывания, оперативного оборудования территории
в соответствие с единым военно-административным делением территории РФ в
целях решения задачи отражения агрессии локального масштаба под
общим руководством командующего войсками военного округа. При
этом оперативное управление этими территориальными объединениями войск осуществляется
непосредственно генеральным штабом ВС РФ.
РФ упраздняется Главкома Сухопутных войск, с передачей его функций
по подготовке мобилизационных резервов Генеральному штабу.
осуществить в рамках этапов военной реформы. К концу первого этапа военной
реформы предусмотреть сокращение численности ВС до 1,2 млн. военнослужащих, а
других войск – в общей сложности на 30%. При этом максимально сокращается
количество военнослужащих, проходящих военную службу по призыву, а из
состава ВС и других войск выводятся
все воинские формирования, выполняющие не свойственные Вооруженным силам
функции, в том числе военно-строительные отряды с
образованием, при необходимости Федеральной службы специального строительства.
К концу второго этапа военной реформы при сохранении благоприятной военно-политических
условий для РФ иметь общую численность ВС и других войск
до 1,7 млн. военнослужащих. При этом общее количество генералов
(адмиралов) не должно превышать 0,1% от суммарной численности военнослужащих.
Социальное обеспечение и
переподготовка по гражданским специальностям офицеров и прапорщиков. увольняемых из ВС
и других войск в связи с их сокращением, предусматривается в
рамках специально разрабатываемой общегосударственной программы, финансируемой отдельной строкой
бюджетных расходов государства, а также за счет внебюджетных поступлений
реализации высвобождаемых при сокращении ВС и других войск предприятий,
объектов, имущества и земельных участков.
военнообученных резервов (с привлечением на ежегодные военные сборы на срок до
45 суток) должна обеспечить как по количеству, так
и по качеству подготовку и поддержание обученности потребного мобилизационного резерва для
ВС и других войск. Для тех граждан призывного возраста,
которые по каким-либо обстоятельствам не желают проходить подготовку в
качестве военнообученных резервистов, предполагается сохранить альтернативную гражданскую службу.
В проекте также были определены меры по
совершенствованию военно-технической политики, военного и военно-технического сотрудничества России
со странами СНГ и военными партнерами, в том числе с
государствами, входящими в НАТО, военного строительства и мобилизационной подготовки экономики
России.
осуществлять реформирование ВС и других войск при неуклонном соблюдении принципа
сохранения Российской Федерацией способности осуществлять ядерное сдерживание от любого вида масштабной
агрессии против нее и союзных с нею государств. При этом
указывалось, что в случае перерастания агрессии из фазы регионального вооруженного
конфликта в широкомасштабную войну Россия может использовать ядерное оружие первой
для нанесения обезоруживающего удара по военным объектам
.
Предложения СО, несмотря на их предварительный,
рамочный характер, составляли конкретную, четко разработанную основу для
последующей работы в области военного строительства. К марту
1997 г. в аппарате СО был также
разработан и проект Концепции национальной безопасности РФ как
промежуточного звена в работе по созданию проекта Военной доктрины
России, работа над которым началась еще в ноябре 1996
г.
развязка в борьбе двух архитекторов российской военной реформы, представляющих
гражданскую – прагматическую и военную – затратную концепции, должен наступить в самое ближайшее
время. Эксперты и журналисты с нетерпением ждали заседания Совета обороны, назначенного
на 22 мая, на котором и должно было
состояться генеральное сражение между секретарем СО Юрием Батуриным и министром
обороны Игорем Родионовым. Однако вся страна стала свидетелем впечатляющего теле
шоу, поставленного по совершенно иному сценарию .
Б.Ельцин обрушился на Родионова и начальника Генштаба Виктора Самсонова,
возложив на них ответственность за «очень низкий уровень работы» в
проведении военных преобразований. «Я не просто неудовлетворен, я возмущен
тем, как осуществляется реформа армии, и состоянием Вооруженных Сил в
целом», – заявил президент. Несмотря на то, что министру обороны сразу
после его назначения были даны четкие директивы, гремел Главковерх, «ничего
не было сделано». Несколько успокоившись, президент поделился своими соображениями по
поводу причин кризиса ВС. По его мнению, сокращение личного
состава крайне необходимо, но начинать этот процесс
необходимо с генералов, – «получается так, что солдат худеет, а генерал жиреет».
Президент, высказал твердое мнение, что «генерал сегодня
– это главный тормоз военной реформы»,
и совершенно не заинтересован в проведении каких-либо преобразований.
Завершая разгром «военной оппозиции», Борис Николаевич бросил безмолвствовавшим
военачальникам, – «Вы сегодня должны были доложить, что
сделано по реорганизации армии. Однако вам нечего докладывать, вы
ничего не сделали» . Ставя точку в заседании,
президент поручил соответствующим министерствам и ведомствам представить до
25 июля предложения по реформированию ВС, других воинских
формирований и органов.
министр обороны и начальник Генштаба были отправлены в отставку.
Президент в очередной раз показал, кто в доме хозяин. Аппарат СО мог
торжествовать победу – концепция военного строительства, разработанная в недрах
МО и ГШ, потерпела полное фиаско.
Новым министром обороны неожиданно для всех
был назначен главком РВСН Игорь Сергеев, начальником Генштаба – командующий
войсками СКВО Анатолий Квашнин, оба абсолютно лояльные к президенту, грамотные
специалисты, а главное – послушные исполнители, от которых в дальнейшем не
стоило ожидать каких-то досадных неожиданностей .
Итак, уже основательно проржавевшая телега
военной реформы со скрипом тронулась с места. 6 июня 1997 г. в соответствии с
Указом Президента РФ № 522 «Вопросы Совета обороны Российской
Федерации» при СО РФ была образована Комиссия по военному строительству
под председательством премьер-министра Виктора Черномырдина. На Комиссию была
возложена подготовка предложений, направленных на осуществление первоочередных
мер по реформированию ВС РФ, других войск и воинских формирований и органов, а
также разработка проекта Концепции военного строительства в РФ (до 2001 г. и
2005 г.).
Комиссия по финансовому и экономическому обеспечению военной реформы под
председательством первого вице-премьера – министра финансов Анатолия Чубайса. На
эту комиссию была возложена подготовка предложений, касающихся
финансово-экономического обеспечения первоочередных мер по реформированию ВС РФ,
других войск, воинских формирований и органов, стабилизация
финансово-экономической обстановки в них, а также реализация Концепции военного
строительства в РФ, с проведением оптимизации их финансово-экономической
деятельности, организации стоимостного учета военного имущества и оказываемых
услуг, реализации и приватизации военного имущества, являющегося федеральной
собственностью.
комиссий при СО РФ свидетельствовало о том, что российское руководство полностью
определилось в основных параметрах военного реформирования и перешло к
реализации намеченной программы действий в соответствии с предложениями СО РФ.
Одновременно сторонникам отставного министра обороны Игоря Родионова,
подозреваемых в организации внутреннего саботажа, да и всему высшему
генералитету страны недвусмысленно давали понять, что время теоретических споров
и дискуссий закончилось, от них требуется лишь четкое и безоговорочное
исполнение принятых решений.
июня 1997 г., министр обороны представил главе государства свои предложения по
подготовке концепции строительства Вооруженных Сил, согласованные с руководством
комиссий при СО РФ.
мероприятия по упорядочению и оптимизации организационно-штатной структуры ВС. С
такими же предложениями выступал и экс-министр Игорь Родионов, однако в отличии
от своего предшественника, Игорь Сергеев был намерен привлечь для решения этой
задачи внутренние ресурсы Вооруженных Сил: сократить разбухший аппарат
управления военной торговли; продать с аукционов некоторые объекты МО;
акционировать большинство военно-строительных предприятий и снять их с баланса
военного ведомства; вывести из состава ВС Железнодорожные войска и некоторые
другие структуры, освободив Минобороны от не свойственных ему функций .
Также министр предложил передать
командование Военно-космическими силами в Главкомат РВСН при одновременном
сокращении управленческого аппарата и урезании штатов Государственной приемки.
Расходы на содержание штата Министерства обороны предполагалось установить в
размере 1% расходов на содержание аппарата управления ВС, что означало
двукратное сокращение населения Арбатского военного округа. Хотя Б.Ельцин
называл минимальный уровень численности ВС в 1,2 млн. человек, по планам Игоря
Сергеева прорабатывался порог сокращения армии до 840 тыс. человек к концу 1998
г. Реформаторское рвение новоиспеченного главы Минобороны получило высокую
оценку Б. Ельцина. План Сергеева был одобрен президентом, обещавшим министру
обороны всяческую поддержку и свое личное покровительство в борьбе с
противниками реформирования.
реформы были конкретизированы 16 июля 1997 г. в Указе Президента РФ № 725с
«О первоочередных мерах по реформированию Вооруженных Сил Российской
Федерации и совершенствованию их структуры» .
Указом предусматривалось:
численность военнослужащий ВС РФ 1,2 млн. единиц;
– Министерству обороны РФ провести в
1997-1998 гг. поэтапное сокращение штатной численности военнослужащих ВС РФ на
500 тыс. единиц;
– Преобразовать до 1 января 1998 г.:
Ракетные войска стратегического назначения,
Военно-космические силы и войска ракетно-космической обороны Войск ПВО в вид ВС
РФ – Ракетные войска стратегического назначения, состоящие из ракетных армий,
воинских частей и учреждений запуска и управления космическими аппаратами,
объединений и соединений ракетно-космической обороны;
Управление главнокомандующего Сухопутными
войсками в Главное управление сухопутных войск;
– Преобразовать до 1 января 1999 г.:
Военно-воздушные силы и Войска ПВО в вид ВС
РФ – военно-воздушные силы;
придать военным округам статус
оперативно-стратегических (оперативно-территориальных) командований ВС РФ на
соответствующих стратегических направлениях. В соответствии с федеральным
законом РФ «Об обороне» возложить на военные округа в пределах их
границ функции оперативного руководства объединениями, соединениями и воинскими
частями видов и родов войск ВС РФ, других войск, воинских формирований и органов
по вопросам обороны страны.
Угроза массовых сокращений, урезание
социальных льгот для военнослужащих грозили резко обострить и без того
накаленную обстановку в войсках, сделав ее практически неуправляемой. Кроме РВСН
и некоторых частей ВДВ в Вооруженных Силах почти не осталось войск, способных
решать поставленные перед ними задачи в полном объеме. Более 90% средств,
направляемых на военные нужды, буквально проедались, долги государства армии и
флоту неуклонно росли, ставя офицерский корпус на грань социального взрыва и
открытого неподчинения московскому руководству.
Несмотря на усилия реформаторов,
гипертрофированный аппарат центральных органов военного управления продолжал
расти, тогда как в строевых частях каждая третья должность командира взвода или
роты оставалась вакантной. Очевидной становилась неэффективность системы
военного образования – каждый третий курсант не заканчивал военного училища,
предпочитая уйти на гражданку.
В этих критических условиях срочно
требовалось усилить систему контроля президентских структур за ходом военного
строительства. Указом Президента РФ № 946 от 28 августа 1997 г. «О мерах
по усилению государственного управления военным строительством в Российской
Федерации» в составе Администрации Президента РФ на правах главного
управления была образована Государственная военная инспекция Президента РФ ,
возглавляемая государственным военным инспектором – секретарем Совета обороны
РФ.
Администратора и теоретика Юрия Батурина
сменил Андрей Кокошин, с 1992 г. в должности первого заместителя министра
обороны исполнявшего в военном ведомстве роль «государева ока».
Единый контрольно-инспекционный орган над
всеми силовыми структурами, по мнению руководства президентской администрации,
должен был стать эффективным инструментом для контроля над обстановкой в
Вооруженных Силах и обеспечить жесткое государственное руководство ходом
масштабной реформы всей военной системы государства.
С осени 1997 г. в войсках начались реальные
организационно-штатные мероприятия, предусмотренные президентским указом № 725с.
Однако концептуально-теоретическое обоснование военной реформы явно отставало от
ее практической реализации.
Преобразования в Вооруженных Силах
опирались лишь на рамочный проект Совета обороны и предложения военного
министра. Только 29 ноября 1997 г. под председательством Виктора Черномырдина
состоялось закрытое заседание Комиссии по военному строительству при СО РФ, на
котором был рассмотрен предварительный вариант Концепции военного строительства,
названный почему-то «Замыслом военного строительства в РФ». Документ
был разработан Генеральным штабом с учетом предложений СО и силовых ведомств,
однако генштабовское происхождение отложило заметный отпечаток на его
содержании.
Так, четко разделялись задачи обороны страны от
внешней агрессии и вопросы внутренней безопасности, при этом главенствующая роль
в оборонных вопросах отводилась Минобороны и Генштабу. При оценке внешних угроз
авторы проекта делали вывод, что в течение ближайших 10 лет России не грозит
участие в широкомасштабном военном конфликте. Такая точка зрения полностью
совпадала с мнением президента и гарантировала его поддержку и одобрение.
Несмотря на некоторые разногласия, заседание прошло успешно, было решено
доработать документ и через две недели направить его окончательный вариант на
рассмотрение президенту .
РЕФОРМИРОВАНИЕ ВС РФ в 1998-99
гг.
3 февраля 1998 г. на заседании Коллегии МО РФ был рассмотрен «План
строительства ВС РФ на период до 2001 г.», разработанный в недрах военного
ведомства, который по мнению руководства МО и ГШ, должен был стать основой для
выработки российской военной доктрины на ближайшие годы .
Следует отметить, что концепция военной реформы
разрабатывалась в традиционной для Кремля обстановке келейности, с привлечением
узкого круга специалистов Минобороны, Генштаба и других силовых структур. В
работе над программой военных преобразований не участвовали представители
законодательной власти, не было широкого общественного обсуждения в СМИ.
7 августа 1998 г. президент утвердил
«Основы (концепцию) государственной политики по военному строительству
России на период до 2005 года» .
«Основы» стали первым документом в российской истории, в котором
системно излагались принципиальные положения политики государства по вопросам
военного строительства.
Как
подчеркивал в то время секретарь СО Андрей Кокошин, в «Основах
(концепции)» достаточно полно были изложены тезисы военной доктрины , что
стало возможны лишь при достижении консенсуса взглядов руководства всех силовых
структур на стратегию военных преобразований. Содержание документа далеко
выходит за пределы чисто административной реорганизации военной структуры РФ. Он
охватывает все наиболее важные сферы военной деятельности – от принципов
международной политики до военно-патриотического воспитания.
Концепция военного строительства исходит из положения,
что «крупномасштабные войны против России маловероятны». Тем не
менее в документе подчеркивается, что предметом особого внимания
военно-политического руководства являются локальные войны и конфликты, особенно
по периметру границ России и стран СНГ. При возникновении подобных конфликтов от
российских ВС могут потребоваться «решительные и бескомпромиссные
действия». РФ утверждает свое неотъемлемое право отстаивать свою
территориальную целостность всеми возможными, в том числе и военными методами.
Сохранение ядерного потенциала объявляется фактором сдерживания любого
агрессора. Вопросам развития стратегических ядерных сил предполагается уделять
постоянное внимание в соответствии с реальными экономическими возможностями
страны и условиями международных соглашений по сокращению ядерных вооружений.
В соответствии с задачами
обеспечения военной безопасности перестраивается и структура ВС РФ. Намечено
сокращение числа министерств и ведомств, имеющих воинские формирования, усиление
роли Генерального штаба ВС РФ в укреплении обороноспособности страны, четкое
определение системы мобилизационной готовности, системы тылового и технического
обеспечения всех силовых структур.
Интегрированный подход к реорганизации структуры ВС состоит в исключении
дублирования оперативных функций различных силовых ведомств.
«Основы» координируют деятельность МО, ФСБ, МВД, СВР, ФПС, ФАПСИ и
других силовых ведомств. Упраздняются воинские формирования, не использующиеся
непосредственно в целях обеспечения обороны государства.
Концепцией устанавливается единая система
военно-административного деления территории РФ на стратегических направлениях:
Северо-Западное – в границах Ленинградского ВО, Западное – в границах
Московского ВО, Юго-Западное – в границах Северо-Кавказского ВО, Сибирское – в
границах Сибирского ВО, Дальневосточное –
в границах Дальневосточного ВО. Подобная реорганизация предпринимается с целью
позволить силовым ведомствам наиболее полно использовать военную инфраструктуру
страны избежать распыление сил.
Определены меры по преодолению ведомственной разобщенности силовых структур и
усиление их взаимодействия. В случае необходимости любая силовая организация
может быть усилена за счет других составляющих ВС для наиболее эффективного
решения задач на конкретных направлениях. Определены приоритетные задачи каждого
силового ведомства на стратегических направлениях, что объективно возлагает на
их головные органы управления (а не только на ГШ и МО) непосредственную
ответственность за обеспечение безопасности в своей профессиональной сфере.
Существенно возрастает роль Генерального
штаба ВС РФ, который определяется как координатор всех видов обеспечения ВС.
Минобороны получило исключительное право заказа военной техники и вооружений, в
том числе и для других силовых структур, руководить в общих интересах Тылом ВС
РФ, решать вопросы подготовки кадровой основы Вооруженных Сил.
Намечены конкретные преобразования в каждом из
силовых ведомств, проведение которых намечено в два этапа – до 2001 г. и далее
до 2005 г. В целом ВС РФ на первом этапе должны закончить переход к
четырехвидовой структуре, а на втором – к трехвидовой.
«Основами» предполагается чисто
концептуальный подход к межвидовой реорганизации по сферам применения видов ВС –
суша, воздух-космос, море. В Сухопутных войсках намечено формирование 10 дивизий
постоянной готовности, среди которых одна предназначена для решения
миротворческих задач. В последующем число дивизий может быть увеличено.
Специальным разделом прописаны вопросы
системы мобилизационной готовности. Она включает подготовку обученного резерва
для всех силовых структур, разработку соответствующих законов, нормативных
документов, систем учета, планов мобилизационного развертывания промышленных
предприятий, накопление необходимых вооружений и материальных средств,
поддержание мобилизационных мощностей.
В рамках совершенствования организационной структуры
Внутренних войск (ВВ) МВД РФ «Основы» предполагают снять с ВВ в
мирное время функции по охране объектов на коммуникациях и конвоированию, а
также сократить число охраняемых объектов. На втором этапе военного
строительства ВВ будут преобразованы в Федеральную гвардию (Федеральную милицию
внутренней безопасности).
В соответствии с новым военно-административным
делением территории РФ округа ВВ будут упразднены. Вместо них предполагается
создать региональные командования (управления) Федеральной гвардии.
Комплектование Федеральной гвардии будет производиться исключительно на
контрактной основе. «Основами» также предусмотрены значительные
изменения в ФПС, МЧС, Железнодорожных войсках, ФАПСИ и других силовых
структурах.
В документе впервые на
государственном уровне подняты вопросы реорганизации военно-промышленного
комплекса, определены принципы развития международной составляющей военной
политики России.
В рамках СНГ
предусматривается поддержание и дальнейшее развитие военно-политических и
военно-технических связей. Признается целесообразным участие в миротворческих
операциях и размещение российских военных баз в странах СНГ.
В отношении стран дальнего зарубежья выстроена система
приоритетности связей: США – НАТО – другие европейские страны. На Востоке –
Китай, Индия, Япония .
Российское
руководство так и не решилось пойти на принятие полномасштабной Военной доктрины
страны, ограничившись принятием 33-страничных «Основ военного
строительства . При всей важности этого документа ( имеющего, безусловно,
промежуточный характер) необходимо признать, что он представляет собой лишь
директивную основу для проведения военной реформы, являясь своеобразной
мини-доктриной переходного периода.
В «Основах» совершенно не представлено финансово-экономическое
обоснование намеченных мероприятий, нет координационных планов, необходимых при
реформировании всех составляющих оборонной системы, отсутствуют детализация и
конкретизация преобразований в военной сфере.
Тем не менее, военное ведомство, возглавляемое первым
российским маршалом Игорем Сергеева, в 1998-1999 гг. добилось заметных
результатов в перекраивании организационной структуры ВС РФ, полностью
уложившись в график мероприятий, намеченных на первый этап военной реформы
(подробнее об этом см. главу «Виды Вооруженных Сил РФ»).
Создан качественно новый вид ВС
–Ракетные войска
стратегического назначения – за счет интеграции собственно РВСН,
Военно-космических сил и Войск ракетно-космической обороны. Военно-воздушные
Силы и войска ПВО объединены в новый по сути вид ВС – Военно-воздушные Силы.
В 1998 г. ВС перешли на четырех видовую
структуру (РВСН, СВ, ВВС и ВМФ). В марте 1998 г. было принято принципиальное
решение начать в 1999 г. проработку вопросов объединения ВВС и РВСН .
Идет работа по подготовке новых уставов
российской армии. В июне 1999 г. Комиссия по подготовке проектов общевоинских
уставов ВС РФ под председательством заместителя министра обороны В.Топорова
завершила предварительную проработку проектов уставов и в августе направила их
для изучения в войска .
В тесной
связи с другими задачами реформы осуществляется коренное преобразование систем
военного образования и военной науки. Число военно-учебных заведений и
научно-исследовательских учреждений сокращено практически вдвое с одновременным
созданием укрупненных научно-исследовательских центров.
В рамках первого этапа реформы штатная численность ВС
уменьшена до 1 млн. 200 тыс. человек, на 30-40% сокращены управленческие
структуры ВС.
В военных округах
развернулась работа по созданию объединенных территориальных командований,
формируются части постоянной готовности, укомплектованные по штатам военного
времени.
И президент, и министр
обороны неоднократно отмечали, что в ходе преобразований, проведенных в
1997-1999 гг., российские ВС стали более гибкими, компактными, значительно
повысился уровень их управляемости, улучшились качественные показатели
боеготовности армии и флота.
Заметно
активизировалась боевая учеба в войсках. В июне 1999 г. впервые за последние 7
лет состоялись стратегические командно-штабные учения «Запад-99», на
которые были привлечены органы управления и оперативные группы пяти военных
округов, трех флотов. 23 объединения видов ВС и иных силовых структур, а также
50 соединений и воинских частей. Это были самые масштабные военные учения с
момента образования российских ВС .
Несмотря на достигнутые
успехи в области военного реформирования, ахиллесовой пятой российских ВС
по- прежнему остается их хроническое недофинансирование (см. статью
военный
бюджет). В 1999 г.
общая задолженность МО РФ (читай – государства) перед поставщиками продукции,
работ и услуг достигла 50 млрд. рублей , что составляет около 50% годового
военного бюджета страны. Задолженность по денежному довольствию и льготам
военнослужащим составили 7 млрд. рублей, и прорыва на этом направлении в
обозримом будущем не предвидится.
Финансовый голод вызвал прекращение закупок новых образцов военной техники и
вооружений. В последние годы поступление новой техники в войска практически
прекратилось. Руководство МО вынуждено направлять большую часть скудных
бюджетных ассигнований на поддержание в боеготовом состоянии Стратегических
ядерных сил. Значительная часть военного бюджета по-прежнему идет на содержание
личного состава ВС, закупки продовольствия и денежные выплаты солдатам и
офицерам.
В настоящее время военное
руководство немало делает для экономии и перераспределения средств. Но эти меры,
в лучшем случае, являются лишь предпосылками для успешного хода реформ, т.к. не
решают главной проблемы – обеспечение со стороны государства нормального
финансиования ВС.
Нынешний план
реформирования ВС (и, соответственно, их финансового обеспечения) исходит из
высоких темпов роста ВВП на 8-10% в год. Однако российская экономика пребывает в
коматозном состоянии и не подает надежд на скорое выздоровление.
Отсутствие стабильного и адекватного
финансирования – это именно та мина, которая может отправить на дно набирающий
ход корабль военной
реформы.
См.
также www.mil.ru